Рецензия на книгу

• 

  ksuunja31 августа 2015 г.

  Рождаясь, мы словно подписываем пожизненный контракт, но иногда приходит день, и мы спрашиваем себя: Кто подписался за меня.

  Сарамаго потрясающий. Написать необычную, бодрую и довольно легкочитаемую «Слепоту», вызвав этим всплеск интереса к себе, и затем подсунуть всем, кто с нетерпением ждал продолжения, книгу совершенно другого типа, всласть поиздеваться над политиками, которые всегда трясутся за свою шкуру, и было бы смешно, если бы не было настолько грустно.

  Сарамаго – тролль. Воспользоваться своей предыдущей книгой, чтобы протолкнуть более серьезную, более тяжелую, глубокую, и с блеском с этим справиться – это достойно восхищения. Возможно, у него не было такого плана, но так это видится мне. Продолжение, в котором главные герои уже на вторых ролях. Продолжение, в котором об этих главных героях вспомнили только перевалив за середину книги. Продолжение, в котором рассказывается совершенно о другом виде слепоты – о слепоте политической, а собственно предыдущая история только оттеняет всю красоту этой книги.

  
  … как учит закон слепцов, злейший твой враг всегда и неизменно – тот, к кому ты ближе всего. Но происходит такое, не только когда мы лишены глаз и не знаем, куда идти…

  Однажды на парламентских выборах, 75% избирателей, не сговариваясь, бросили в урну чистые незаполненные бюллетени. На повторных выборах таких стало еще больше – аж 83%. И хотя народ имел на это право, те политики, которых это непосредственно касается, сочли это практически плевком в лицо, дабы не дать заразе распространиться, изолировали столицу, объявив ее на осадном положении, а сами смылись под покровом ночи в другой город.

  А дальше начинается то, за что мы любим Сарамаго – изучение возможных реакций и последствий как в рамках целой страны, так и для отдельных жителей и членов правительства. Особенно для тех, кто оказался не совсем согласен. Ну и стране нужен козел отпущения, конечно же.

  Главное – не герои, а само происходящее. Акцент на ситуацию, а не на людей. По классической для Сарамаго схеме – отрывки чужих жизней, фраз, сказанных мельком, которые служат для обозначения ситуации в стране в целом. Люди в книге не имеют имен, практически полностью обезличены, фокус постоянно смещается с одних действующих лиц на других, но при этом Сарамаго всегда успевает зацепить в них что-то личное, человеческое, теплое – воспоминание ли, эмоции, или просто человеческие поступки. Плавный наезд, и к концу книги мы оказываемся сосредоточены на одном человеке, таком же безымянном, обозначенном как должность, как и все остальные. Человеке, о прошлом которого мы почти ничего не знаем, а Сарамаго и не скажет. Зато мы знаем, что он Человек, и вот это все неожиданно наваливается, давит, берет за душу. Маленький Человек на фоне большой страны, одна из миллионов судеб, а любая судьба – всегда история, надо просто уметь ее преподнести, а у Сарамаго это получается великолепно.

  В этой книге много без вины виноватых. Женщина, единственная вина которой – что она не ослепла, когда четыре года назад ослепли все. Люди, отказавшиеся поддерживать власти в накаливании обстановки в городе. Министры, которые сочли новую слепоту прозрением. Народ в этой книге ведет себя безупречно, зато с очень нелестной стороны показаны министры, премьер и безвольный президент. Обычные, в общем-то, люди, которые слишком сильно вцепились во власть, с кем не бывает. Менее мерзкими они от этого не становятся, впрочем, так что несложно догадаться, в чей огород был брошен этот камень.

  Третья его книга читается уже значительно легче – меньше запинаешься на витиеватых фразах, почти не беспокоят никак не выделенные диалоги, зато все больше проникаешься интересом к такому неоднозначному писателю. Он великолепен, честное слово.

  Я терпеть не могу политику, но у Сарамаго даже этим получилось меня заинтересовать. А в свете грядущих в Беларуси выборов, книга еще и чертовски актуальна. Впрочем, что это я – она всегда актуальна.

  25

  438