Рецензия на книгу

• 

  Anastasia_Obrz

  3 сентября 2025 г.

  Да здравствует аспидистра!

  Оруэлл известен миру прежде всего как автор «1984» и «Скотного двора», но мало кто читал его роман «Да здравствует фикус!», книге, которую сам писатель стыдился больше других. На мой взгляд, совершенно напрасно: ведь именно в этом романе появляется типаж человека, одержимого социальной несправедливостью, жаждущий богатства и признания, но при этом категорически не готовый ради них трудиться.

  Интересно, что в оригинале роман называется «Keep the Aspidistra Flying». Аспидистра в Англии 30-х годов была символом респектабельной, обывательской жизни, оно украшало каждый «приличный дом», олицетворяя устойчивость и довольство малым. В переводе же «аспидистру» заменили на «фикус», потому что само слово «аспидистра» было малоизвестным, а фикус в советской культурной реальности нес ту же символику привычного, скучного, почти обязательного атрибута домашнего уюта. Оруэлл писал, что эта книга была скорее «стилистическим упражнением», изданным лишь для того, чтобы заработать. Написать роман про бедность из-за бедности уже достаточно иронично, почти готовая метафора всего произведения)

  Главный герой, Гордон Комсток, объявляет войну деньгам, считая их воплощением зла. Его детство прошло в нищете, но юношеские мечты вращались вокруг славы писателя. За свою жизнь он написал лишь небольшой сборник стихов, маленькую тоненькую книжку, которую он выпустил собственными усилиями и за которую получил пару скромных, но язвительных рецензий в прессе. Теперь он тридцатилетний поэт-неудачник, который отчаянно борется не за обладание деньгами, а за независимость от них. Один из того особого вида людей, кто всегда чувствует, что достоин большего, и потому никогда не может довольствоваться малым.

  
  «Куда ни повернись — деньги, деньги, деньги! Квартира, налоги, жалованье не прибавят, счет из школы, транспорт, ботинки для детей… И, Боже мой, жена опять беременна! Да я смеялся ли достаточно громко над шуткой начальника? И снова пришел срок платить за пылесос в рассрочку»

  Сам же Гордон особо презирает рекламный бизнес, как символ пошлости, пустоты и бессмысленного потребления.

  
  «Реклама была для него воплощением всего отвратительного. Сухие бульоны, порошки для ног, зубные пасты — все эти крикливые плакаты казались ему символом пошлости и тупости современного общества»

  И именно туда, в рекламное агентство, попадает работать Гордон. Он решает бросить эту работу, которая приносила ему среднего уровня доход, так как морального удовлетворения она ему не приносила. На самом деле, в начале это выглядит оправданным: ведь иногда действительно необходимо оставить занятие, которое не приносит радости, чтобы посвятить себя делу, к которому чувствуешь страсть. Но беда Гордона в том, что на самом деле мешали ему вовсе не внешние обстоятельства.

  Жалость к себе стала для него формой мазохизма: он словно наслаждается ощущением собственной униженности. Вместо того чтобы направить силы на творчество, он растрачивает их на войну с «призраком капитализма». Если бы хотя бы часть той энергии, с которой он обвинял мир в несправедливости, была вложена в его собственные тексты, возможно, он и добился бы того, о чем так мечтал. Но ему приятнее было чувствовать себя «жертвой». В этом есть что-то саморазрушительное, ведь Гордон не просто ленив, он словно сознательно наслаждается своей несостоятельностью, превозносит свою «жертву» отказа от денег словно доказывая кому-то всю «неправильность» устройства этого мира.

  С другой стороны, как бы ни был виноват Гордон в собственной жалости, такое мнение было бы слишком односторонним. Рядом с ним есть друг Филипп Равелстон, богатый, воспитанный в привилегиях, который никогда не знал нужды. Равелстон искренне сочувствует Гордону, помогает ему, даже приютил его у себя, не требуя ничего взамен. Но именно в этом и заключается разница: он может себе позволить быть великодушным. Одним с самого рождения выпадает шанс начать с середины дистанции, тогда как некоторым приходится идти с нуля, всё зависит от удачи: в какой семье ты родился, каково финансовое положение семьи, в какой стране и т.д. В этом он прав, социальная неравенство очевидно, и это та несправедливость, с которой приходится мириться. Но одни принимают реальность и находят в ней место для самореализации, несмотря на различные обстоятельства, другие же погружаются в жалость к себе и обвиняют весь мир. Поэтому Комсток оправдывает собственное бездействие войной с капитализмом:

  
  «У меня война с деньгами, мне нельзя брать подачек»

  Но, по сути, это лишь способ отвести взгляд от главного - от своей неспособности работать. Он не пишет, не трудится над книгой или стихами, не развивает свой талант, а вместо этого сводит всё к деньгам. Гордон утверждает, что деньги - это зло, но сам живет, постоянно о них думая.

  
  «Вера, надежда и деньги, — замечает он, — и важнее всего последнее»

  Это противоречие напоминает знаменитое: «Я столько дней гнался за вами, чтобы сказать, как вы мне безразличны». Особенно обидно, что у Комстока действительно есть талант поэта, о чём ему постоянно напоминают окружающие, и, как и многие творческие люди, постепенно работая и нарабатывая опыт в любимом деле, он мог бы получить ту самую заветную славу, признание и финансовое благополучие. Его готовы поддержать родные и близкие: сестра, жертвующая собой ради его счастья, возлюбленная Розмари, готовая терпеть его хамство и упрямство, близкий друг Равелстон, все они верят в него и хотят помочь. Но Гордон не просто разрушает собственную жизнь: он втягивает в это разрушение и тех, кто его окружает.

  Даже когда судьба дарит ему внезапное богатство, гонорар за стихи, он тут же спускает все деньги. Это показывает, что проблема никогда не была в деньгах. Как в случае с человеком, которому врач запрещает пить ради здоровья, а он продолжает, обвиняя врачей, политику, общество, окружающих людей, но не себя - так и Гордон обвиняет весь мир, лишь бы не взглянуть на собственную слабость. Он мечтает о свободе от денег, но все его мысли заняты исключительно ими. Девушку он подозревает в том, что она не хочет выйти за него замуж лишь по причине его бедности, но сам он даже не удосуживается сделать ей предложение.

  Именно в этом парадокс романа: чем сильнее Гордон пытается отринуть власть денег, тем больше становится от них зависимым. Это напоминает эксперимент с «белой обезьяной»: стоит приказать себе не думать о ней - и она захватывает все мысли. Так и Гордон, отрицая деньги, живет ими, а вся его жизнь рушится под тяжестью этой зависимости.

  7 понравилось

  211