Рецензия на книгу

• 

  Deli3 сентября 2025 г.

  Поражает иногда, как я могу относить некоторых писателей к своим любимым, если так мало знаю об их профессионально-творческой деятельности. Почему-то был уверен, что это книга художественная, своеобразное переосмысление реальных событий, но оказалось что нет. Это публицистика в чистом виде, Мураками взял на себя непростую обязанность правдиво и со всеми неприкрытыми ужасами рассказать о теракте «Аум Синрикё» в Токийском метро 1995 года. О том, что тогда произошло, я тоже мало что знал. В ту пору я был микроскопическим дитёнышем, но в новостях, как говорят, особо ничего и не освещали. Так что сейчас эффект оказался поистине шокирующим. Даже не предполагал, что на меня что-то ещё может произвести такое впечатление.

  Книга почти целиком состоит из интервью пострадавших от зарина людей, пассажиров и работников метро, а в некоторых случаях – членов их семей. Всё это сгруппировано по меткам метро и сопровождается фактологической сводкой о каждом инциденте, как оно преподносилось в прессе. Мураками не мог понять того, что прошло всего полгода – и пресса затихла, словно бы ничего не было, а между тем последствия теракта никуда не исчезли, пострадавшие до сих пор мучаются от проблем со здоровьем, птср, не говоря уж о тех, кто погиб или стал полным инвалидом. Именно им писатель и даёт право голоса, хочет, чтобы эти голоса были услышаны. Считает, что Япония слишком расслабились в своей спокойной и безопасной жизни – настолько, что была не готова к любому чп, а после него постаралась побыстрее закрыть глаза и всё забыть. Смирившись, как после случившегося незадолго до того землетрясения, отнесясь к теракту, как к стихии природы. Вот только природа тут не при чём.

  Как любителю темы метро мне было интересно вдвойне. Я знал, что в Токио довольно сложная схема транспорта, плюс чехарда с частными перевозчиками, но и представить не мог, что всё настолько запутано. Приведённая в книге схема мало что проясняла, тут явно не хватало фотографий или хотя бы рисунков самих станций, чтобы понимать, в каком пространстве что происходило. Но это имело значение лишь до определённой степени, потому что основа рассказов – безумный болезненный ужас, когда темнеет в глазах, горло сводит кашлем, а помрачённое сознание не может осмыслить, насколько всё серьёзно. Это было самое поразительное и жуткое на самом-то деле. Люди чувствовали, что с ними и с окружающими что-то не так, но не могли на этом сосредоточиться и отмахивались, мол, всё в порядке, мне кажется, я оклемаюсь. Некоторые оклемались, но для большинства жизнь навсегда поделилась на до и после.

  Но было кое-что, неожиданно позволившее разбавить этот гнетущий эффект. Опрашиваемые рассказывали о себе, и это оказалось прекрасной возможностью из первых рук узнать о повседневной жизни японцев, о самых разных людях, разных возрастов и социальных групп, с разным бэкграундом, работников разных фирм и служб. Было очень интересно читать об их повседневности, месте жительства и ситуации с недвижимостью, о том, как они ездят по утрам на работу и пытаются приспособиться в этом мире. Ужс, конечно, как рано им приходится вставать, чтобы потом два часа трястись в переполненных поездах. Обиднее всего за тех, кто вообще жил не в Токио или обычно не ездил на работу на метро, но именно в тот день фортуна подкинула подлянку. Хотя что там, не повезло абсолютно всем. И Мураками вместе с ними задаётся вопросом для чего было такое устраивать. Жестоко, а главное, абсолютно бессмысленно. Его собственные размышления и о природе сект, и о японской культуре в сравнении с западной в послесловии помогают немного прояснить ситуацию, но никакого оправдания в ней быть не может.

  26

  243