Рецензия на книгу

• 

  KamillaSarkarova30 августа 2025 г.

  Женщина проходит войну, но не признаёт её своей

  Я не ощущаю, что имею право писать рецензию на эту книгу. Так что я тут просто вам про неё рассказываю.

  Светлана Алексиевич сама называет эту книгу документом - и это важно принять. Это не роман и не «литература» в привычном смысле, а набор голосов. Она собирает воспоминания женщин, прошедших через войну, и именно они говорят. Алексиевич не выдумывает, она лишь даёт им возможность звучать.

  
  «Женщины видели по-другому, помнят по-другому. Их война имеет и цвет, и звук.»

  Мне кажется, что такой формат абсолютно оправдан. Он честно фиксирует не события, а память. И всегда интересно, что остаётся в человеческой памяти спустя десятилетия: какие эпизоды выжили, какие детали не отпустили. У этих воспоминаний есть особая сила - их невозможно придумать.

  Удивительно, что именно женская память часто пробивала сквозь привычные штампы. Медсёстры рассказывали, как перевязывали раненых немцев, как тащили их наравне со своими. Сострадание оказалось сильнее привычного образа врага.

  Но больше всего меня поражает парадокс. Эти женщины сами говорят: «мы выносливее мужчин». И приводят факты: на переходах по 30–40 километров падали лошади и мужчины, а они шли. Санитарки тащили раненых вместе с оружием, человек без сознания плюс шинель. Женщины лучше адаптировались и не ломались.

  
  «Хотя, конечно, война — это не женская работа. Вот мужчина превращал её в работу. А женщина не могла приспособиться к этой работе, несмотря на свою выносливость, во много раз превосходящую мужскую, несмотря на свою способность к адаптации, более гибкую, чем у мужчин, потому что она мать, она должна защитить, сохранить ребёнка, природа это учла.»
  «Но в экстремальных условиях женщина, это хрупкое, эмоциональное создание, оказывалась сильнее мужчины, выносливее.»

  Как это умещается в сознании? Женщины проходили всё, оказывались сильнее, и всё равно повторяли: «это мужское».

  Для меня это центральный узел книги. Она показывает, насколько глубоко вбит культурный код. Опыт тела говорил одно, опыт войны доказывал одно, но язык, которым они могли о себе говорить, продолжал твердить другое.

  В итоге книга работает на нескольких уровнях сразу:
  — как документ о женском опыте войны;
  — как текст о том, что именно женщина сохраняет в памяти: цвет, запах, звук;
  — и как свидетельство того, что даже после войны женщине трудно было назвать себя субъектом силы.

  13

  230