Рецензия на книгу
Удушье
Чак Паланик
reader-1149926526 августа 2025 г."— Я всю жизнь отделяла себя от других, но то, против чего я боролась…Я боролась против всего, но теперь меня стало тревожить, что я никогда не боролась за что-то. Да, я все отрицала, все критиковала, пыталась судить, осуждать, и к чему меня это всё привело? Бунт — это не переустройство. Осмеяние — это не переделка…"
Раскаяние матери главного героя этого романа, которая всю жизнь была отявленной социопаткой и "воспитывала" Виктора подобным образом. Эта своеобразная исповедь из палаты коммерческой клиники с высоким уровнем комфорта и таким же уровнем затрат на его реализацию, звучит, как лозунг: "Разрушая, созидай!" Конткультурная революция разворачиваяемая на страницах книги осуществляется отдельными индивидами. Потому как она не ради перестроения общества, его очередного возрождения; а исключительно ради себя. Если раньше "Человек звучит гордо" означало некий вызов, брошенный силам природы, космосу; то сейчас это всё превратилось в пошлую гордыню, выраженную в бесконечных лицемерных попытках самоутвердиться за счет других, возвышаясь на троне собственного, в большинстве случаев достигнутым тем же лицемерием, статуса. Человек звучит... эгоистично. Так будет правдивее, честнее. А уж как распорядиться с этим свободоволием, решать необходимо самостоятельно. Либо в деструктивном стиле всё той же героини, с соответствующим видом:
"На ней была белая футболка с надписью надписью: «Возмутитель спокойствия». Свежая, новенькая футболка, но один рукав уже был испачкан кровью из носа".
Либо, устав от бессмысленности бунта (если такой вообще имел место быть), в творческой манере Денни - друга центрального персонажа:
"Ему хочется, чтобы каждый день его жизни был чем-то отмечен. Хотя бы камнем. Камень — это что-то реальное, ощутимое. Такой маленький памятник каждому проходящему дню. — Может быть, так моя жизнь во что-то и сложится, — говорит Денни. — Во что-то, что не исчезнет вместе со мной".
Между бесконечной стройкой и постоянным разрушением мечется Виктор Манчини, пытаясь понять на чьей же он стороне? Сексоголик, извращенец, ассоциальный элемент, а так же очень приятный молодой человек и самый заботливый в мире сын. Он работает персонажем в одной исторической инстолляции, но основную прибыль получает посредством весьма нелицеприятной афёры. Со временем ложь вокруг и внутри Виктора набирает критическую массу и выход, которого казалось бы в этой прогнившей насквозь системе, именуемой обществом, нет, неизбежно произойдёт. Насколько катастрофичен он будет? Хватит ли сил, чтобы потом выстроить из разбросанных взрывом камней-поступков новую для себя реальность? Вопросы риторические. Жизнь - поиск ответов на них.
В очередной раз Паланик демонстрирует нелицеприятную изнанку рода человеческого. Перфоманс это или назидание - решать читателю. Эгоизм не обязательно рассматривать в негативном ключе, он лишь часть всего субъективного. Есть ощущение, что автор пытается исключить извращенца, который притаился в туалете за дверью с табличкой "Свободно". Чтобы само понятие свободы было очищено от непристойных перфомансов и уничижительных назиданий.
5241