Рецензия на книгу
Циники
Анатолий Мариенгоф
Net-tochka22 августа 2015 г.Отношения людей и в благополучный период времени сложны, потому что в жизни много таких сторон, о которых не принято говорить, но которые есть, и именно из-за них и разбиваются чаще всего чувства людей – не выдержав проверки. Наверное, поэтому до беспредела циничная, казалось бы, но практически моментальная проверка истинной любви к человеку, а не к образу, и позволяет Ольге выйти замуж за Владимира.
Любовь, которую не удушила резиновая кишка от клизмы, – бессмертна.Это надежный человек, с ним можно надеяться выжить в историческое (то есть совершенно невообразимое и непригодное для выживания) время.
А время действительно страшное, когда люди съели уже корм животных, самих животных и принялись друг за друга: факты каннибализма то и дело появляются в официальной прессе – а она, как известно, всегда очень оптимистична и показывает обычно только то, о чем уже нельзя умолчать...Нам в детстве рассказывали, какие большевики были молодцы, как мужественно боролись с белогвардейцами, с проклятыми нэпманами и с кулаками – но почему-то всегда забывали рассказать о том, что белогвардейцами нередко были вчерашние гимназисты, кулаками – вкалывающие от зари до зари (в буквальном смысле) крестьяне, а деление всего на всех привело к тому, что в меню людей стали появляться собственные дети, от которых соседушки еще пытались урвать кисть руки или другой лакомый кусочек, чтобы поесть, а то мало было шансов дожить до светлого будущего... (вот уж точно от каждого по возможностям, каждому по потребностям...)
И всю эту страшную разруху сотворили народные благодетели, которые были за братство и равенство.
Кто любит всех, тот не любит никого. Кто со всеми хорошо, тот ни к кому не относится хорошо.В этих нечеловеческих условиях те, кто не успел или не захотел сбежать пытались не только жить, но и быть счастливыми.
Ольга взяла и меня в «хахаля», так сказать... Не правда ли? А ведь этого могло и не случится. Счастье могло пройти по другой улице...А ведь и правда, Ольга была его женой, ЕГО женой, и это ли не великое счастье. А те, остальные – это так, обстоятельства...
Отравленные сердца, попранное человеческое достоинство, звероподобная борьба за жизнь – и любовь, литература, театры... Цинизм не был болезнью, он не был показателем испорченности людей, – он был единственным способом не сойти с ума, остаться человеком. Да не просто человеком – а мыслящим и чувствующим писателем, подмечающим даже в этой хаосе рухнувшего мира поэзию:
Окна занавешены сумерками – жалкими, измятыми и вылинялыми, как плохонькие ситцевые занавесочки от частых стирок.Что это за книга, что это за люди, что это за жизнь – точно говорит один из героев произведения:
–Ты остришь... супруга твоя острит... вещи как будто оба смешные говорите... все своими словами называете... нутро наружу... и прочая всякая размерзятина наружу... того и гляди. Голые задницы покажите – а холодина! И грусть, милый. Такая грусть!И добавить к этом нечего...
11100