Рецензия на книгу

• 

  AntonKopach-Bystryanskiy7 августа 2025 г.

  «Когда нас окружает мир, полный неуверенности, разве не здорово добраться до последней страницы, где расставлены все точки над “и“?»

  Прочитав роман Энтони Горовица «Сороки-убийцы» (лучше перевести “Сорочьи убийства“, отсылка к английской считалке про количество сорок на дереве), я долго думал, что же рассказать о нём?
  Перед нами многогранный и многостраничный английский детектив, который соединяет как классическую традицию по написанию этих самых детективов (недаром отсылок к Агате Кристи и упоминаний других классиков жанра не сосчитать), так и добротный современный психологический роман с массой затронутых проблем, связанных в основном со взаимоотношениями писателя и читателя через текст.
  
  

  
  «В “Ландшафте криминалистического расследования“ имелась глава, где автор излагал точку зрения, что всё в жизни следует определённому шаблону и совпадение — это просто момент, когда этот шаблон становится на краткое время видимым»

  Пересказывать сюжет подробно не буду, здесь нужно читать, но обращу внимание на несколько аспектов этого замечательного романа, который часто (судя по отзывам) вызывает весь спектр реакций и мнений: от полного восторга до резкого неприятия.
  
  Во-первых, структура. Половина романа — это девятый (и последний) роман из нашумевшего цикла детективов про сыщика Аттикуса Пюнда, он носит название «Английские сорочьи убийства». Описано расследование убийства хозяина богатой усадьбы Пай-Холл, которому отрубили голову мечом, а параллельно произошедшую здесь же накануне гибель экономки. Вторая половина романа — это расследование внезапной гибели самого автора цикла про Аттикуса Пюнда Алана Конвея, которым занимается редактор из издательства, где его печатали, Сьюзен Райленд. Накануне она обнаружила, что в рукописи не хватает окончания, то есть пропала последняя часть. И хотя Сьюзен даже не виделась с Конвеем, чутьё и обширный опыт чтения детективов дают ей повод сомневаться как в предсмертном письме писателя, так и в его самоубийстве.
  
  

  
  «Зачем сочинять книгу, от которой придут в восторг все критики, но которая не нужна читателям? Почему не направить свой талант на что-то более простое, создав остросюжетный детектив?»

  Во-вторых, невероятный художественный параллелизм в тексте и сюжете. Горовиц не только создал два романа в одном, он ещё сумел мастерски превратить их в созвучие героев, символов, сюжетных ходов, поступков и характеров. Алан Конвей, в детстве страдавший от деспотичного отца, директора закрытой школы для мальчиков, нашёл отдушину в чтении книг, а повзрослев, обнаружил, что его писательский талант никому не нужен. Только начав писать детективы, он снискал успех и популярность. А в своих романах он не только играл словами, делал отсылки на известных писателей-геев, станции метро, названия птиц и так далее. Он поместил там себя и своих близких и знакомых... И вот этот параллелизм между выдуманным и реальным раскрыт здесь просто замечательно.
  
  

  
  «Мой опыт говорит, что умерших авторов забывают с разительной быстротой. Даже живым трудно удержаться на полках: слишком много новых книг и слишком мало полок»

  В-третьих, хочу отметить тему писателя и читателя. Трагедия автора — идти на поводу у публики и писать то, что продаётся, а не то, что хочется написать. По-моему, это основная драма Алана Конвея. Читателям даже не очень интересен сам сыщик Аттикус Пюнд, у которого за спиной немецкие корни, Холокост и его одиночество (которое усугубляется неизлечимой болезнью), им интересна интрига и как тот выходит на убийцу.Энтони Горовиц сумел не просто увлечь меня двумя расследованиями, одним из 1950-х годов с литературным героем, а вторым — из наших дней с внезапным самоубийством успешного автора, но одновременно показать суть детективного жанра, словно проведя за руку по азбучным истинам класического детектива. Получилось не банально, глубоко и со вкусом. А ещё и очень кинематографично, недаром снят мини-сериал (хотя книга лучше).

  17

  432