Рецензия на книгу

• 

  klarens14 августа 2015 г.

  "Приходи на меня посмотреть..."
  "Мальчик в полосатой пижаме" открыл для меня новый жанр военно-сентиментального фэнтези для детей неудобопонятного возраста. Это однозначно потребовало изрядного напряжения моих мозгов, задымившихся от этой крошечной простенькой книги с натужным треском.
  Первое, что занимает меня, господа присяжные заседатели, это тайна: кто же целевая аудитория этой книги? Подозреваю, что дети. Ибо взрослые могут лишь впадать в ступор от алогичности, бедности стиля,веселых картинок с звездой Давида а-ля "Маленький принц" и прочих интересностей. Но какие ж это дети? Явно не ровесники Бруно и Шмуля. Как минимум, им надобно знать кто такой Гитлер, что за тетя Ева Браун и какого лешего они гуляют вместе в гости по Берлину, уметь догадываться по исковерканному названию, что за лагерь в Польше встретил Бруно и его папу, ну и вообще иметь какую-то базу исторических представлений, чтобы разобраться, что там происходит. Теоретически, подозреваю, роман ориентирован на тех, кто помладше. Практически, им в нем не разобраться. Впрочем, это не единственное, что у автора не получилось.
  Второе, господа присяжные заседатели, что вдохновляет меня: это полное отсутствие реализма. Пойдем по пунктам.
  А) Я не знаю, кто сказал Бойну, что назначение комендантом концлагеря - это ссылка и кара. Вообще-то это выгодная позиция для чиновника от нацизма. Даже режиссер одноименного фильма этой нелогичности не выдержал и акценты поменял.
  Б)Концлагерь в интерпретации Бойна - это феерия. Из такого места заключеные давно и успешно разбежались бы. Территория не охраняется. Иначе как могли бы дети регулярно (не раз! не два!) видеться у ограды, оставаясь незамеченными? А не увидеть как мальчик делает подкоп под ограду, что вопрос не двух-трех минут? Выкопался, пролез, переоделся, рядом никого. Почему заключенные не копали сами, зубами и ногтями? Под проволокой явно ж нет тока - Бруно прибыл живым мальчиком, а не тлеющим шашлыком. Нравилось им там что ли находиться в лагере?
  В) Лагерный персонал - добрейшей души люди. Иногда убивают, а так очень милые. Еврейский ребенок не работает, исчезает часами в мячик поиграть с другом через ограду. Та ладно. Зачем его искать? Пусть играет. Немецкий ребенок обвиняет еврейского в воровстве. Казнили за меньшее. А Шмуль жив-живехонек. Видимо его отшлепали... Кровь у Шмуля похоже не берут и чем он занимается в лагере непонятно - не иначе фашисты его, бесполезного, жалеют. Ненаучная фантастика.
  Г) Художественный психологизм на грани абсурда. Дети очень важного фашистского чиновника, росшие не в лесу и обучавшиеся в школе, узнают о нормах поведения и идейно-правильных взглядах впервые в глуши, от приходящего учителя. И это для них сюр-р-при-из! Они жили прежде, видмо, в каком-то альтернативном Берлине. Для жанра фэнтези все нормально.
  Д) Авторский прием "наивной точки зрения" срабатывает как-то странно. Одно искаженное слово в восприятии Бруно - знак детскости мышления. Но бедный мальчик коверкает не одно слово, а едва не каждое второе. Причем все из одной тематической группы "опознавательные знаки нацизма". Из бытовой сферы все слова, заметьте, правильно произносит. То ли у него логопедические проблемы, причем это какая-то суровая идеологическая дислексия типичного карамельно-положительного героя, то ли автор издевается.
  В целом бы ничего. Посмеялась - и ладно. Но меня пугает мысль, что у читателей этой книги в головах застрянет именно такой игрушечно-поделочный фашизм, похожий на реальный как глянцевая открытка агитка на фото с поля боя. И это самое страшное, что есть в книжке, разошедшейся по миру миллионными тиражами, господа присяжные заседатели. Честное слово.

  8

  109