Девочки. Семь сказок
Аннет Схап
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Аннет Схап
0
(0)

Плохо. Традиционные народные сказки никогда не были примитивными агитками. Они не с сознанием работали – с подсознанием. Они не учили, что отвечать прекрасному принцу, появись он на горизонте. Они отражали мечту о справедливом мире, где праведник получает награду, а грешник – наказание. Они учили: «здесь нет мам – справься сам, и у тебя получится», «чудовище можно победить, если знать, как», «ничего, что тебя бьёт жизнь, будет и на твоей улице праздник», «не будь наивным – обходительный незнакомец может быть потенциально опасен». И люди, что эти сказки сочиняли и повторяли из уст в уста, жили намного хуже, чем мы сейчас.
Схап же изначально свела сказки к агиткам. И тут же начала с ними спорить. Вот так: сама придумала, сама поверила, сама обиделась. Причём выводы, которые она предлагает сделать, не для девочек, а для крепко поживших взрослых баб.
Ну попробуйте убедить наивную мечтательницу, у которой вовсю играют гормоны, что ну его в задницу, этого прекрасного принца. Всё равно искать его можно хоть до посинения. Ему тоже прекрасная принцесса нужна, и если не соответствуешь его ожиданиям, либо проигнорирует тебя, либо будет перевоспитывать. Так что бери из ближайшего болота лягушонка, неконфликтного и совместимого в быту, – и вперёд в светлое будущее. (см. «Лягушонок»).
Что? Автор хотела сказать не это? Но получается именно так.
В «Господине Штильцхене» дочка мельника сама создала в своём воображении романтический образ, сама влюбилась и сама натянула этот образ на довольно потасканного короля. Который, к слову, её не любил и даже не хотел. Просто использовал. А потом розовые очки разбились стёклами внутрь. На этом моменте сказка вообще-то должна не заканчиваться, а только начинаться. Потому что героине придётся жить в новой реальности и отвечать не только за свою жизнь.
Но автор заканчивает. Ей это неважно. Главное, что девушка перестала держаться за священные штаны.
«Красную шапочку» Схап, видимо, изначально не поняла, посему на первый план у неё вышло жестокое обращение с животными (см. «Волк»). Она забыла, что есть «волки» в человеческом обличье. Я про криминал говорю.
В сказках «Шиповник» и «Принцесса-чудовище» проблемы вообще не в девочках. Проблемы в родителях, приносящих детей в жертву своим мечтам и амбициям. Но к какому выводу должен прийти ребёнок? Вырастешь, родишь – не будь таким родителем? Вот только к тому времени сказка забудется. А если ребёнок попадёт в такую ситуацию, сказка не поможет. Тут наставник мудрый нужен. Извне. И несказочный.
Зато в сказке «Борода» девчушкам просто сказочно везёт. И мораль, вроде, правильная: сестра, как бы тебя не бесила, всё же родной человек, и бросать её в беде негоже. Вот только чтобы это понять, необязательно дожидаться настолько экстремальных ситуаций.
Точно так же везёт в сказке «Печенье», героини которой, кстати, - девочки довольно глупые и несоциализированные. Ну вот почему им (школьницам!) не попытаться научиться готовить элементарный рубон, от которого не тянуло бы блевать? Почему не перерыть отцовские документы, пытаясь выяснить адрес его работы? Не попытаться обратиться за помощью в полицию? Нет, мы сначала обменяем на сладости игрушки, мебель и технику, а потом утопаем в никуда.
Изложены эти истории слегка занудным и менторским тоном. Автор же девочек жизни собралась учить. А в результате убила сказку.
П.С.
То, чему пытаются научить Схап и ей подобные во множестве сказок, умещается в один анекдот.