Рецензия на книгу
Лолита
Владимир Набоков
book__fairy__30 июля 2025 г.…ты всего лишь разбил мою жизнь.
Фразу «не читал, но осуждаю» я удивительным образом связываю не с пастернаковским «Доктором Живаго», а с «Лолитой». Меня множество раз отговаривали от чтения книги о малолетней совратительнице за авторством маньяка-педофила (здоровый человек такого написать не мог!) — я благоразумно прислушалась к совету и ничего подобного, разумеется, не читала. А вот с романом Владимира Владимировича Набокова у меня знакомство состоялось.
Интереснее, чем читать «Лолиту», только читать о «Лолите» и изучать безумные теории, строящиеся вокруг неё. Это та книга, в которой ты ни в чём не можешь быть уверен на сто процентов. Текст романа подобен паутине. Читатель же, по этой логике, — бабочка, а ненадёжный рассказчик Гумберт Гумберт — паук. Парадоксально, что иногда в его «паутине» даже хочется запутаться, ведь свита она на совесть: вся сплошь из ярких метафор и отсылок на признанных гениев (от По до Эйзенштейна — на любой вкус), полная высокопарных рассуждений и структурно напоминающая сказку с победой над «драконом» в финале, она так и манит, кричит: «здесь безопасно». Но это путь в никуда, ведь именно из этой «паутины» доносится гулкое: «Лолита» — книга о малолетней совратительнице…
Слабенькая метафора, давайте сделаем вид, что ею я отдала дань уважения увлечению Набокова бабочками.Мне кажется, до «Лолиты» я не читала книг с ненадёжным рассказчиком, и именно поэтому роман меня так сильно впечатлил. Гумберт — искусный манипулятор. Единственный голос, который отчетливо слышится в романе, — его. Поначалу ты просто по привычке веришь во всё написанное (ведь ранее никогда даже в книгах от первого лица не встречал недоговаривающих персонажей и верил в негласный договор между автором и читателем о достоверности написанного), но потом замечаешь несостыковки, откровенную подмену понятий. И начинаешь приглядываться к тексту, задаваясь вопросом: если Гумберт переменчив даже в описании собственной внешности (стоп, какой такой нервный тик передразнивает Лолита?..), можно ли верить его подробным рассказам о развратном поведении двенадцатилетней девочки? И утверждениям, что он никогда бы не совершил убийство…
Интересно, что в книге, названной «Лолита», самой Лолиты, Долорес Гейз, очень мало. Есть ли она здесь вообще? Иногда за образом, сотканным из больных фантазий Гумберта, можно разглядеть реальные черты девочки: её любовь к журнальчикам и коктейлям, способность легко сходиться с другими детьми… — в этом американском подростке не чувствуется никакой «демоничности» и развратности, приписываемых ему рассказчиком. Мне очень понравилась увиденная где-то фраза: каждый раз, когда, по словам Гумберта, Лолита смеётся или улыбается, в реальности она плачет.
Набоков оставляет несколько «ключиков» к своему тексту (например, в послесловии он определяет «нервную систему книги» — значимые для понимания эпизоды, которые на первый взгляд ничем непримечательны), но даже их наличие не позволяет дать точного ответа на вопрос: где заканчивается реальность и начинаются фантазии безумного рассказчика? — «исповедь» Гумберта выставлена на суд читателей, и каждый сам для себя решает, оправдывает он похитителя Долорес Гейз или нет.
Знакомство с «Лолитой» — один из самых необычных опытов в моей читательской жизни. Мне нравится обсуждать роман: по тому, какой приговор по итогу читатель выносит Гумберту, можно многое сказать о нём самом (о читателе) как о человеке. Скорее всего, я многого не поняла, но чувствую, что гуляющие по интернету суждения в стиле: «Бедный влюблённый Гумберт» и «Лолита, конечно, — та ещё штучка» — признак маленькой победы ненадёжного рассказчика. Если вы решите прочитать эту книгу, надеюсь, вы не попадётесь в ловушки Гумберта.30873