Рецензия на книгу

• 

  Stradarius30 июля 2025 г.

  «Путь на север», Анук Арудпрагасам.

  Нашёл в своём забитом до отказа книжном траффике местечко для небольшого романа шриланкийского (какая экзотика!) автора, с которым он в 2021м даже попал в шорт-лист Букера. Эта история без принадлежности к определённому жанру или теме пленяет скорее формой и слогом: в густом повествовании из певучих многосложных предложений таится не только красота перевода Юлии Полещук (очень уважаю этого переводчика), но и бесконечная горькая тоска и боль человека, не понаслышке знакомого с гражданской войной. Шри-Ланку 30 лет раздирали конфликты между центральным правительством и тамильским движением «Тигры», и читателю предстоит с главным героем, молодым человеком Кришаном (кажется, тут анаграмма от Кришна), не знавшим войны и жившим в другой части острова в безопасности, отправиться на север, чтобы посетить церемонию похорон сиделки своей бабушки, считавшейся практически членом его семьи. В противоречии между бившимися десятилетиями за независимость тамильцами и теми, кто как и Кришан сумел отсидеться на юге острова или на материке, вся соль этого болезненного текста. Эмоционально же помимо незабываемых описаний местного похоронного церемониала сожжения, тут и прекрасная история взаимоотношений героя со своей бабушкой, её постепенного угасания, сохранившего следы в памяти членов семьи. Весь нарратив напомнил азиатское кино атмосферой бесконечной тревоги и меланхоличными, слегка вычурно длинными кадрами, однако, те эмоции, которые оставил в этом тексте без диалогов, коротких абзацев и упорядоченной системы автор, трогают самое сердце даже тому, кто глубоко не переживал травму сродни этой.
  Ну и, пожалуй, самый красивый пассаж всего романа:

  
  Может быть, и поэтому, подумал тогда Кришан, с годами слабеет зрение — не от старости, не от болезней, не оттого, что портится роговица, хрусталики или те безупречно отрегулированные мускулы, которые их контролируют, а потому что такие вот образы копятся за время краткого земного бытия, образы великой красоты проникают в глаза и накладываются на все, что видишь после, так что со временем все труднее видеть и замечать окружающий мир, хотя, пожалуй — теперь, проведя четыре года на родине, Кришан это осознавал, шагая в хвосте похоронной процессии к месту сожжения за гробом Рани, той самой Рани, что видела много такого, чего не сумела забыть, — хотя, пожалуй, тогда, в Бомбее, он был наивен, пожалуй, со временем наше зрение туманят не только образы красоты, но и образы зверств, насилия (а его мгновения для некоторых людей такая же часть жизни, как мгновения красоты): те и другие образы появляются, когда мы меньше всего ожидаем, и преследуют нас потом, те и другие оставляют на нас отметину или клеймо, ограничивая остроту наших глаз.

  7

  74