Рецензия на книгу

• 

  reader-1149926529 июля 2025 г.

  "Пой, если умеешь, пой еще громче; если не умеешь — сними шляпу, закинь голову и улыбайся звездам. Они все на тебя смотрят, на одного тебя: звезды только и делают, что смотрят на влюбленных людей, — оттого они так прелестны"

  Восторженные слова эти принадлежат Шубину Павлу Яковлевичу, человеку искусства, склонному к подобного рода восторгам. Зачастую (да, практически всегда) подобная высокопарность подается им в карикатурной манере. На первый взгляд этот талантливый воятель выступает в роли паяца, колкости и скобрезности сыпятся из него, как из рога изобилия. Однако, это именно, что роль. Под маской, лицо человека, искаженное болью неразделённой любви.
  Осиротевшего Шубина приютила троюродная тётка и теперь он заполняет своей интеллегентно-маргинальной сущностью скромное пространство её богатого особняка. Проще говоря, проживает во флигеле.
  Спустя годы безнравственности, он вдруг обнаруживает, что:

  "...неужели же я все с собой вожусь, когда рядом живет такая душа? И знать, что никогда не проникнешь в эту душу душу, никогда не будешь ведать, отчего она грустит, отчего она радуется, что в ней бродит, чего ей хочется, куда она идет…"

  Шубин безнадёжно влюбляется в дочь своей тётушки. А заодно и его друг Андрей Петрович Берсенёв. Который, дабы заработать себе очков перед Еленой, "хвастается" знакомством с неким Инсаровым. Далее, все нити сплетаются в единый клубок сюжета.

  Хочется отметить, что Шубин здесь хоть и второстепенный персонаж, но самый живой, самый настоящий. Безусловно порочный, язвительный, подобен тому самому шуту, который при короле не стесняется говорить правду, что и смешит и раздражает одновременно. До того привык балагурить и паясничать, что у него это выходит самопроизвольно, на автомате. Он словно не может по-другому.

  "- Нога господина Инсарова еще здесь не была, а вы уже считаете за нужное ломаться.
  Шубин вдруг опустился.
  — Вы правы, вы всегда правы, Елена Николаевна, — пробормотал он, — но это я только так, ей-богу.
  — Господин Инсаров молод? — спросила Зоя.
  — Ему сто сорок четыре года, — отвечал с досадой Шубин"
  
  Благодаря этому лицу жива и сама история, полная самообмана, постановочного надлома и, фальшивого фатализма. И, если быть откровенным до конца, без Шубина, вряд ли данный роман смог вызвать какой-либо интерес.

  7

  95