Рецензия на книгу

• 

  Dikaya_Murka27 июля 2025 г.

  С творчеством Лавкрафта я познакомилась лет пятнадцать назад, если не больше, но момент этот помню очень отчетливо. Был пасмурный осенний день, из таких, когда весь мир кажется залитым сепией. Домашняя тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов, и скачанные с торрентов аудиофайлы из раздела “мистика и фэнтези”. Это была “Картина в доме” в очень специфической любительской начитке. Но даже легкая гнусавость и шепелявость чтеца не смогла перебить впечатления - атмосфера снаружи и внутри рассказа слились воедино, я оказалась в заброшенном фермерском доме в Новой Англии, а напротив меня стоял неряшливый старик-каннибал.

  И в этом для меня все творчество Лавкрафта - его рассказы без осечек и с гарантией перемещают в атмосферу хтони и напряженного ожидания неизъяснимого, накрывающего в самой будничной, казалось бы,обстановке. Его герои - интроверты-исследователи, самоучки-ученые, самостийные путешественники, чей мир вращается вокруг загадочных мест, таинственных манускриптов и библиотек, составленных из темных дубовых шкафов - всегда ощущались какими-то росдтвенными душами, как и сам Лавкрафт, с его рептуацией эксцентричного отшельника. В какой-то момент я обнаружила, что у нас и день рождения с ним в одну дату - 20 августа - правда с 99-летней разницей, и в этом тоже был какой-то символизм. За эти пятнадцать лет я прочитала все, что можно было найти у Лавкрафта в многочисленных сборниках и отдельных книгах, поэтому, когда увидела еще и двухтомную биографию, то купила ее без раздумий.

  Что ж, это было захватывающее путешествие в мир человека, ставшего основоположником “странной прозы” и достойным наследником традиций Эдгара Аллана По и Элджернона Блэквуда. С. Т. Джоши провел колоссальную работу, написал глубокий, крайне детальный труд, в котором собраны не только доступные аспекты частной жизни Лавкрафта, но и прослеживается судьба почти каждого его произведения. Честно сказать, архивного материала и подробностей тут так много, что некоторые моменты я пропустила без ущерба для собственного любопытства - и все же не могу не отдать должное автору. В конце концов, эту биографию Лавкрафта Джоши создавал более десяти лет.

  Бесспорно, Лавкрафт действительно был своеобразным человеком, этакой диковиной. Взять хотя бы его детство “книжного мальчика”, чей круг общения состоял преимущественно из взрослых родственников и знакомых, что оказало определенное влияние как на его интеллектуальное становление, так и на восприятие мира (будучи сама “домашним ребенком”, я знаю, о чем говорю).

  Старт жизни писателя был сложным, в силу ряда обстоятельств, включая смерть горячо обожаемого деда и внезапные финансовые сложности семьи, он не прошел стандартных этапов социализации, не закончив школу и не поступив в университет - навсегда оставшись любителем без профессии, что не мешало ему глубочайшим образом погружаться в самые разные сферы от физики до астрономии.

  А что вместо этого? Статьи для изданий по астрономии, составление карт звездного неба и выпуск собственного кустарного журнала (играя в детстве в “издательство” с самыми настоящими самодельными книгами, я опять же, понимаю, что это значит).

  Дальше - долгий путь сначала на ниве любительской журналистики, а затем писательства. Первые публикации, но чаще - отказы, редакторская деятельность и вечные материальные проблемы, такой была жизнь мастера “странной прозы”.

  И лично для меня удивителен контраст в жизни этого человека. По общепринятым меркам, как отмечает сам Джоши, Лавкрафт был тем, кого сегодня сочли бы, что называется, лузером. У него не было привычной юности с ее привычными бурными развлечениями, он был природным интровертом, которому лучше всего отдыхалось в комнате с любимыми книгами, он был привязан к Провиденсу и старинным колониальным домам, упорно отвергая зов больших городов, он потерпел фиаско в супружеской жизни, поскольку в принципе в недостаточной степени интересовался браком, наконец, не преуспел он и в финансовой сфере, закончив жизнь, фактически, в нищете. Но в то же время: у Лавкрафта было достаточно друзей, как очных, так и по переписке - до такой степени, чтобы он мог воспользоваться их приглашением и провести у них в гостях месяц-два. Не имея “правильного” университетского образования он с лихвой восполнил багаж знаний самостоятельными изысканиями в библиотеках, достойными носителей ученых степеней. Один и в компании он объездил всю Новую Англию и восточное побережье Америки. С ним искренне пыталась создать отношения очень энергичная и достаточно привлекательная женщина (в конце концов, Соня Грин в последний раз вышла замуж в 53 года, что позволяет судить о ее определенной женской притягательности). Ну а его литературное наследие воплотилось впоследствии в целом слое книг, фильмов, комиксов и - главное - многочисленном фанатском творчестве, что свидетельствует об истинной популярности.

  Не соответствуя общепринятым стандартам прошлого и настоящего, Лавкрафт, тем не менее, был очень гармоничным и, можно сказать, счастливым человеком. Во всяком случае он с достоинством принимал свою жизнь так, как она складывается, и обладал ненасытной интеллектуальной жаждой, что не может не вызывать уважения и восхищения.

  Мне Лавкрафт близок не только тем, что в определенных точках наши натуры с ними на удивление схожи, но еще и тем, что воплощал собой достаточно редкое явление - человека с определенными жизненными убеждениями и стандартами, которыми он не готов был поступиться, в первую очередь в творчестве. Видя себя носителем определенного эстетического и культурного канона, Лавкрафт не хотел расставаться с ним даже для того, чтобы стать более популярным у своих издателей и современников - именно это, в конце концов, и позволило ему теперь уже навсегда войти в литературный пантеон в качестве основоположника целого жанра. Нескладный в юности, чудаковатый в зрелости, он на самом деле был человеком увлеченным, ответственным, теплым с близким кругом друзей и весьма остроумным с широчайшим списком людей, с которыми состоял в переписке. Вот уж воистину - не все то золото, что блестит.

  14

  54