Рецензия на книгу

• 

  conceptual_shark19 июля 2025 г.

  Сделка с дьяволом — для меня это уже отличный повод прочитать книгу. Хотя бы ради того, чтоб добавить в коллекцию к «Мастеру и Маргарите». Да, опять сатана виноват, что книга вызвала у меня интерес. А тут еще и викторианство, конец 19 века. Спойлер: не жалею. В целом отзыв состоит из спойлеров чуть менее, чем полностью. Возможно, в нем можно утонуть.

  Итак, что мы имеем? Погрязшее в пороках общество, парад тщеславия и лицемерия, тема творца и творчества, щедрая порция религиозных мотивов и так далее, и тому подобное. Четыре ключевых персонажа раскрывают вот это все и двигают сюжет.

  Джеффри Темпест изначально очень неприятный персонаж — и на протяжении всей истории так и не вызвал у меня ни капли сочувствия, даже когда раскаялся и свернул на путь истинный. Но путь истинный — это потом. Почему неприятен Джеффри и почему не Сатана испортил его, соблазнив богатством и славой, а он уже был легкой добычей. Тщеславный, самодовольный ханжа, Джеффри точно знает, насколько прогнило общество и какими идеалами нужно жить на самом деле — он об этом целую книгу написал. В своих глазах он буквально образец моральности, высоких помыслов и стремлений, гений, пусть и непризнанный. Викторианский нитакуся, притом лицемерный. И Сатана лишь создает благодатную почву, на которой этой цветочек раскрывается во всей красе и великолепии. Он презирает известную писательницу, потому что она женщина — он в принципе женщин за людей не считает, а писать книги — это вообще занятие для настоящих мужчин, не для этих; он презирает богатых за развращенность, он презирает бедных, потому что они бедные, а значит, тоже высокой моралью похвастаться не могут (очень по-викториански, на самом деле); испытав на себе, что такое нищета и безвестность, даже не пытается никому помочь, пусть тоже страдают, ему же не помогли; издание своей книги покупает вместе с хвалебными отзывами, а потом страдает, что его не читают и не ценят — попутно презирает продажных издателей и критиков. Он женится на девушке, просто потому, что она красивая, это статусно, а потом попрекает за то, что та не — не образец морали, хотя его честно предупреждала сама девушка с самой первой встречи. На жену ему плевать. Что у нее в душе — плевать, он слишком занят собой, прожиганием жизни и восторгами в адрес благодетеля Лючио. Ему можно все, а вот она должна быть образцом и ангелом во плоти, спасать его заблудшую душу. Ага. Единственное, в чем он искренен — в восхищении и привязанности к Лючио. Так и запишем.

  А Лючио Риманец — князь, филантроп, мизантроп, харизматичный и саркастичный красавец, а по совместительству сам Сатана. И это так себе спойлер: от читателя никто и не думал скрывать, кем являет Лючио, только Джеффри упорно не видит очевидного, потому что он слеп и зациклен на себе до упора. Хотя Лючио даже дает ему последний шанс опомниться и не раз честно предупреждает: я вам совсем не друг. Тут, правда, есть о чем порассуждать, ведь в конечном счете именно Лючио все-таки способствует тому, чтоб Джеффри пересмотрел буквально все в своей жизни и во многом раскаялся. В любом случае, наш Сатана определенно самый яркий и вполне себе трагичный персонаж книги, занятный перевертыш классического фаустовского: он желает блага, но должен совершать зло. Он должен искушать людей, чтоб обрести спасение через их стойкость и способность не поддаться соблазну. Но Корелли старательно показывает, что эпоха — не та, да и люди не те, отсюда отчаянье, яд и скорбь.

  Двое мужчин, две женщины.

  Сибилла старательно олицетворяет продукт своей эпохи, женщину, отказавшуюся от высокой морали ради мимолетных радостей жизни, просвещенная, начитанная, но ни во что не верящая и даже циничная, прекрасно осознающая, что замуж ее выдают, как товар, и желающая извлечь из этого хоть какую-то пользу. И я бы не сказал, что Корелли так уж ее клеймит и порицает. Нет, она показывает глубоко несчастную женщину, которая будто бы берет от жизни все, но при этом ей не к чему по-настоящему стремиться, нечего желать, не во что верить. И в религиозном смысле, раз уж на то пошло, и в принципе. Мир прогнил, мы все умрем, и слава богу. Она не видит в себе ни талантов, ни какой-то силы духа, принимает как факт, что ей суждено быть просто украшением мужа, и ломается окончательно, когда появляется что-то, что вызывает в ней яркие чувства и подлинные желания. Изменить мужу не то чтобы самое лучшее, что можно сделать в этой жизни, но мне кажется достаточно очевидным, что Сибилла готова пожертвовать чем угодно не столько ради хотя бы одной ночи с Лючио, но ради ощущения, что вот сейчас она по-настоящему живет и чувствует. А в чем Сибилле не откажешь — она с самого начала честна и не клянется в вечной любви. Честность заслуживает уважения, а сама Сибилла вызывает искреннее сочувствие в конце. Трагедия здесь фактически неизбежна.

  Мэвис Клер — очевидная противоположность Джеффри. Та самая талантливая писательница, которую, конечно, общество где-то хает, потому что ну как же женщина смеет писать, да еще так хорошо, но при этом читает и восхваляет, потому что ну пишет-то хорошо! А еще она же противопоставляется Лючио в каком-то смысле, но в то же время служит надеждой, что однажды он все-таки сможет достичь своей цели и вернуться на небеса. Да и с потерянной Сибиллой сравнить легко. Потому что если у нас есть падший ангел, должен быть и настоящий. Если есть Сибилла со всеми своими недостатками и драмами, есть и женщина, которая смогла себя реализовать, живет в мире с собой, своими идеалами и верованиями. Мэвис слишком совершенна и умиротворена, слишком правильна, но такой она и нужна книге — это очевидно. Некий недосягаемый идеал, к которому стоит стремиться. И в конце Джеффри стремится — не пытаясь испортить ее репутацию, как уже пробовал, не пытаясь обойти из принципа и доказать, что он-то писатель и мужчина, а она — никто и звать ее никак. Не пытаясь даже сблизиться и тем более — заполучить себе, как было с Сибиллой. Он начинает уважать, начинает трудиться — и над собой, и над своими произведениями. Потому что вот в чем до образа Мэвис не докопаешься — окажись она в ситуации Джеффри из начала книги, она не стала бы плеваться ядом и страдать над своей нетленкой. Нет. Она бы трудилась, она заработала бы себе на еду и оплату квартиры, и продолжала бы писать. Потому что это ровно то, что она делает при всей своей благости и святости — она работает, пишет каждый день, а не ноет и злобствует, как некоторые. И к этому Джеффри приходит очень извилистым и мудреным путем.

  Это действительно интересная книга, стоящая внимания. Пусть и написана более ста лет назад, в чем-то актуальна и по сей день. В чем-то — нет. Вероятно, эпохе нужно сказать большое человеческое спасибо за мораль, которую подают прямым текстом в конце и так, между делом, чтоб все уж точно поняли, где герой накосячил и как на самом деле надо жить, а как — нет. Не буду утверждать, но допускают, и за это не стану судить. Но с чтением таких отрывков у меня есть сложности еще и потому, что в них все упирается в религию и выглядит очень, ОЧЕНЬ навязчиво. Еще можно, конечно, отметить, что меняется Джеффри действительно благодаря Лючио, а не потому, что так уж сам этого возжелал — просто перепугался до полусмерти. Но лучше так, чем оставаться нытиком и маленьким моральным уродцем.

  Лючио удачи. Все-таки идея искупления для Сатаны через добродетель людей — тема интересная и раскрыта красиво.

  10

  375