Рецензия на книгу

• 

  marmonstro17 июля 2025 г.

  Это не те хоббиты, которых вы ищете

  Так получилось, что трилогия Джексона — один из любимых фильмов моих родителей, мы его регулярно смотрели на Новый год, и это значимая штука из моего детства. Когда-то «Хоббита» мне читали на ночь (и я боялась спать, потому что под столом — Голлум), читала когда-то и про Фродо, но никогда не вдумчиво. Недавно в очередной фильмовой итерации зацепилась вниманием за какую-то фразу Гэндальфа о месте личности в истории — и вот мы здесь. Новые открытия чудные.

  Я совсем не помнила, что первая часть ну такая уже медленная, сил моих нет. Они идут до Бри почти 400 страниц! Они постоянно поют, как у Диснея! Едят, болтают, тупят. И откуда, спрашивается, там столько христианской, католической морали?! Отдельно нужно сказать, что новая мода переводить имена — треш какой-то. Почему эльф Глорфиндэль стал Всеславуром? Он что, князь киевский? Потыкалась во все имеющееся, устала плеваться, взяла инглиш. Оригинал написан несложным язком, можно читать, не особенно буксуя, но в итоге вернулась к переводу Грузберга.

  Дело в том, что вся трилогия — очень текстоцентрическая история. Оно и понятно, автор-то профессор, филолог, специалист по средневековью. У него есть система словоупотребления — например, в том, что касается судьбы, удачи, зла и добра. Вечных вопросов, в общем. Он активно использует этимологию, внутреннее значение слов, чего стоит изобретённые языки. И вот заметив это, я начала всматриваться в английский — и быстро уставать, поэтому выбрала издание с комментариями, где нередко обращаются к оригиналу.

  Первое моё удивление связано с героями: они все — фигуры. Самый живой среди них — Гэндальф, и когда он покидает повествование, становится совсем монотонно. Ни одного конфликта! Все прощают друг друга, соглашаются с мнением авторитета, раскаиваются в ошибках, как положено благородным рыцарям. Но послушайте, рыцарь у нас — Боромир! У него для этого и рог есть (в который он регулярно дудит пафосно). И Арагорн лишён сомнений, сразу себя рекламирует и декламирует чуть ли не оду на день восшествия на престол авторства местного Элтона Джона, то есть Бильбо Бэггинса.

  Второе: очень, очень много христианства в подтексте. Образы, конечно, сложнее прямых аллюзий, но ангелы-валар, мотив искушения, двоемирие — мир духа и мир вещный, вот это всё не спрячешь. Главный вопрос пока, как мне кажется, задаётся в конце первой части, когда братство распадается: что такое кольцо? Оно обладает собственной волей, оно субъект? Или оно орудие, артефакт, объект? По тексту разбросаны рассуждения о природе зла: с одной стороны, зло — тень, отсутствие добра, а не самостоятельная сущность, а потому лишену созидательной силы. Зло может только искажать и разрушать. Если кольцо — объект, оно притягивает и усиливает то тёмное, что уже есть внутри каждого, например, того же Фродо. И тогда да, зла как отдельной сущности нет, нужно бороться с ним внутри себя. А если кольцо действительно обладает волей, стремится и действует, влияет определённым образом, то зло — что-то внешнее.

  Судя по контексту, в мире Средиземья всё же первое. Кольцо — самозамкнутое зло, на нём стоит мотив искушения даже не властью как таковой, а соблазном переустроить мир по своему видению, занять место творца. Об этом говорит Боромир открыто. Кольцу противопоставлен символ дороги — разомкнутой, динамичной, пересекающейся с другими. Есть ещё одно противопоставление: «волшебство» эльфов и Гэндальфа — «магия» Саурона и Сарумана. Магия — перепашем мир бульдозерами, а волшебство — это что-то духовное, но оно как будто консервирует мир на эльфийский лад. Ничего не меняется в королевстве у Галадриэль, так что тоже так себе затея, если честно. Как и остроухая мораль «мы сражаемся в безнадёжной битве, но не сдаёмся».

  Пока мне нравятся пейзажи. Природа и ощущение, что мир намного старше и сложнее, чем кажется. В нём остались заброшенные дороги и границы исчезнувших королевств, следы действия великих сил. Это поэтично.

  18

  240