Рецензия на книгу

• 

  lustdevildoll12 июля 2025 г.

  Ждала эту новинку от автора, и как только она вышла, не стала откладывать прочтение в долгий ящик. Мне в свое время очень понравилась ее книга "Домашний фронт" про женщину-пилота, ветерана войны в Ираке, и о том, что жизнь после ранения в тылу оказалась намного сложнее, чем была даже на фронте, где хотя бы понятно, кто свой, а кто чужой. В той книге Ханна неоднократно подчеркивала, что и в 21 веке отношение общества к женщинам-военнослужащим спорное, их уважают в армии, но недооценивают в тылу, считают, что война - это не женское дело. Что и говорить, что во времена Вьетнамской войны, о которой пойдет речь в новой книге, это отношение было еще более негативным, общество считало, что женщин во Вьетнаме нет, и любые попытки ветеранок получить помощь в лечении ПТСР наталкивалась на стену непонимания, плюс и само посттравматическое стрессовое расстройство еще не было внесено с МКБ и гражданским докторам было просто непонятно, что чувствует человек, который сидел под бомбежками, видел разорванные тела сослуживцев и мирных жителей, терял близких, мучился от дикой жары, нехватки воды, и все это с постоянным риском для жизни. В романе ни разу не было упомянуто слово флэшбеки (ну или в русском переводе его чем-то заменили), но именно во время войны во Вьетнаме оно вошло в американский обиход из-за вернувшихся с войны, которые реагировали на любой громкий звук или резкое движение, им снова казалось, что они там, в джунглях, и опасность таится в небе, земле и воде.

  Безусловно, Кристин Ханна как автор мелодрам и в книге на такую важную и страшную тематику не преминула заострить внимание на чисто девичье-женских переживаниях и влюбленностях. Ее героиня Фрэнки Макграт, наивная девочка из привилегированной семьи с воинскими традициями, в 17 лет поступила в школу медсестер, потому что хотела приносить людям пользу, но к этому никто не относился всерьез, потому что предназначение женщины - семья и дом. А Фрэнки, сердясь на это, решила подписать контракт и отправиться с медицинской службой во Вьетнам. Когда ее любимый старший брат Финли, выпускник Военно-Морской академии, погиб во Вьетнаме и его тело не смогли эвакуировать, для похорон родным передали флаг да чужие ботинки, она чуть было не передумала, но отступать было уже поздно, и вот в марте 1967 года она прибыла в 36й эвакогоспиталь и с колес столкнулась со всеми ужасными реалиями войны: массовый поток раненых, нуждающиеся в помощи мирные жители, погибающие солдаты, сбивающиеся с ног врачи и медсестры. Для психики 21летней девушки это было чудовищно, но человек такая зараза, что привыкает ко всему, и даже в таких условиях солдаты и медперсонал находили возможности поразвлечься, покататься на водных лыжах, нарядить елку, потанцевать. Все, чтобы не сойти с ума и не спиться. Фрэнки подружилась с двумя другими медсестрами Этель и Барб, и вместе они переносили все тяготы и лишения. Многие солдаты и офицеры подкатывали к Фрэнки, но Этель предупредила ее, что на войне мужчины только и делают, что врут и мрут, плюс большинство из них уже женаты и медсестер рассматривают только в качестве походно-полевых жен, что порядочной девочке из хорошей католической семьи точно не подходит. Два ухажера зацепили сердце Фрэнки: врач-хирург Джейми Каллахан и офицер ВВС Рай Уолш, с которым она была знакома еще в родной Калифорнии.

  Их обоих она считала погибшими, когда ее контракт наконец истек спустя два года и она вернулась домой, совершенно не ожидая увидеть там то, что увидела. Для нее, девушки из семьи военных, было дико, что таксисты отказываются подвозить людей в форме, а толпы на улицах орут ветеранам, что те убийцы детей и военные преступники. Мне кажется, СМИ очень умело раздували эту истерию, ведь первое Тетское наступление 1968 года, во время которого Фрэнки как раз находилась на службе в 71м госпитале, окончилось для Северного Вьетнама неудачей и привело к огромному количеству жертв, однако американские СМИ подавали его как огромный успех и в обществе все чаще звучали голоса "верните солдат домой", но, конечно, американский контингент во Вьетнаме был огромен, а призывали на службу в основном парней из сельской местности, национальных меньшинств и бедных слоев общества, что и привело к социальному взрыву. Конец шестидесятых - это еще и время сексуальной революции, движения хиппи, распространения наркотиков и слома давних социальных устоев, и во многом этим тектоническим изменениям как раз способствовала война на другом конце планеты.

  Фрэнки никак не могла понять, что с ней происходит, почему ее так бесят мирные гражданские, которые живут своей жизнью и в ус не дуют, когда во Вьетнаме продолжают гибнуть мужчины - и женщины тоже. Ее не принимала собственная семья, родители как будто стыдились дочери-ветерана, своим знакомым рассказывали, что Фрэнки два года училась за границей во Флоренции, и напрочь отказывались говорить с ней о войне и слушать ее рассказы (она оправдывала это тем, что они из молчаливого поколения и просто знали, как это озвучивать проблемы и решать их совместно: черт возьми, ведь даже когда ее мать пожаловалась отцу на сильную головную боль, тот просто велел ей не ныть, и тем самым пропустил первый признак инсульта. Слава богу, после этого в его голове что-то начало проясняться). Фрэнки как будто застряла на перекрестке миров, где все вокруг убеждали ее забыть о Вьетнаме и продолжать жить, но Вьетнам ее не отпускал, приходя по ночам в кошмарах. В больнице, куда она устроилась медсестрой, всем было плевать на ее опыт и профессионализм, существовала должностная инструкция, за рамки которой выходить не следовало, и когда она в отсутствие врача самостоятельно вставила пациенту дыхательную трубку, чем спасла ему жизнь, ее уволили. Задыхаясь без помощи, она начала пить, и все это закончилось бы плохо, если бы Барб и Этель не примчались ее спасать, и она жила с ними на ферме на Восточном побережье, пока ее мать не разбил инсульт и не потребовалась помощь в уходе.

  На протестных маршах, в которых подруги тоже стали принимать участие, она познакомилась со вдовцом Генри на несколько лет старше нее, и на время даже думала, что ее жизнь устроилась, готовилась к свадьбе и рождению ребенка, но снова в ее жизнь ворвался флэшбек в виде Рая, который, оказывается, не погиб, а попал в плен. Однако вернулся он вовсе не к ней, и Фрэнки горевала, что он ее обманул, но принять это не хотела, и когда он поманил ее пальцем, с радостью за ним побежала. Ну не мог же человек, обманувший один раз, обмануть и во второй, правда? И тем менее реалистичным показалось воскрешение и второго кавалера (я уж думала, что ради всеобщего хэппи-энда и брат объявится!). Вот эти все любовные качели мне несколько смазали впечатление от романа, потому что меня больше интересовала проблема адаптации вернувшихся военнослужащих, терапия ПТСР, налаживание взаимодействия между теми, кто там был, и теми, кто не был, совместное осмысление пережитого травматического опыта, о чем в книге тоже много, не спорю, но с п...страданиями прям перебор, и опять уже не раз бесившая меня в романах Ханны тема пьянства за рулем с трагическими последствиями.

  Но в целом книга мне понравилась, хотя "Домашний фронт", наверное, все же зацепил больше.

  51

  1,1K