Рецензия на книгу

• 

  silmarilion128924 июня 2025 г.

  Странник между мирами

  Романы, в которых человек страдает, написаны тысячами. И именно таким, еще одним романом про страдание, на первый взгляд кажется Степной волк Германа Гессе.

  Здесь действительно присутствует и отчаяние, и одиночество, и внутренний распад, и беспомощность интеллекта перед лицом бессмысленного мира. Наверное, через такую призму книгу воспринял бы и сам Гарри Галлер – главный герой, ищущий в литературе подтверждение собственной боли.

  Однако, Степной волк не так прост. Перед нами не роман, где человек страдает (и бунтует), чтобы показать пустоту жизни. Скорее, это текст-инициация, через который можно научиться выходить из страдания, обретать полноту жизни – не благодаря божественному вмешательству, не благодаря любви или смерти, а с помощью внутренней трансформации.

  Степного волка часто читают в юности (что было и моим опытом). Когда одиночество впервые начинает ассоциироваться с самостью, когда появляется вкус к свободе без чужих ожиданий, когда окончательно сбрасываются оковы родительской опеки – лучше книги не найти. Но возвращение к Степному волку в зрелости открывает совсем другой пласт смыслов: перед нами уже не исповедь одинокого интеллектуала-мизантропа, а история метаморфозы, рассказ о путешествии между мирами – от дуализма “добро-зло” к множественности и противоречивости, от трагедийной серьезности к смеху и (само)иронии, от жесткой (само)идентификации к принятию разных граней как своего “я”, так и “я” других людей.

  Бесспорно, Степной волк – великая книга. В ней важный урок: суть здоровой личности – не в подавлении своих сторон, а в умении быть с ними в согласии. Следует принять противоречивость как природу жизни. И продолжать идти.

  Диагноз: или – или
  Гарри Галлер (образ самого Германа Гессе) – герой, застрявший между эпохами. Между старой и новой Европой. Его страдание искренне, но не уникально для интеллигенции 20-х годов прошлого века: он презирает мещанство, чувствует себя чужим среди людей, и в то же время нуждается в них, мечется между высоким искусством и бытовыми утехами, между условным Гёте и бюргерским домиком с начищенными полами.

  Что уникально для Гарри – “застревание” между человеком (условно “высоким”, божественным и моральным) и волком (условно “низким”, животным и греховным). Эта раздвоенность, поначалу представленная как суть конфликта, со временем оказывается лишь симптомом. Как говорит Трактат о Степном волке: на самом деле в герое живет не две души, а великое множество. Гарри не страдает от того, что он или волк, или человек. Он страдает, потому что застрял в жесткой дуалистической конструкции представлений как о самом себе, так и о мире.

  Развитие романа – в переходе от этой дуальности к множественности. Мы видим, как Гарри пытается удержать контроль, сохранить привычный образ себя, навесить ярлыки на других. Но, как оказывается, жизнь не поддается такой примитивной “или-или” классификации. В какой-то момент Гарри суждено понять простую вещь: быть многогранным не значит быть не цельным. Наоборот, цельность личности основана на способности вместить в себя разное.

  Анима и психопомп
  Появление Гермины разрушает привычную жизнь Гарри. Ее невозможно сразу понять, ведь она не укладывается в деление на “высокое” и “низкое”. Она танцует и смеется, просто живет и действует, и, кажется, видит Гарри насквозь.

  Гермина кажется необъяснимой: она так похожа на Гарри-Германа, и одновременно – не похожа; она не его противоположность, а непроявленная сторона. По Юнгу Гермина является Анимой, или внутренней женской ипостасью мужчины. Задача Гермины – показать Гарри, что спасение “высокого” не в отказе от жизни, что есть только течение, только вечное движение – от напыщенной серьезности к смеху и игре, от теоретических думствований к реальному опыту. Она учит его танцевать, смеяться, заниматься любовью, как частью жизни. Через нее Гарри соприкасается с телом, с уязвимостью, с удовольствиями, которых он прежде стыдился.

  Не менее важную роль играет Пабло. Сначала он кажется Гарри обыкновенным, духовно пустым джазменом. Но позже именно он станет тем, кто откроет дверь в Магический театр, посредником между сознанием и сферой бессознательного. По Юнгу Пабло – психопомп, или проводник в подсознание.

  Фактически, никто из героев романа, включая самого Гарри, не является “тем, кем кажется”.

  Магический театр
  Финальный эпизод романа разворачивается в Магическом театре, который является не сном, не наркотическом трипом и даже не аллегорией (как я когда-то думал). Перед нами возникают самые разные сцены-комнаты, своего рода роли, в которых Гарри проигрывает разные версии себя. Он сражается в абсурдной войне машин, видит свое “я” как набор шахматных фигур, пытается дрессировать волка, переживает старые любови и, наконец, убивает Гермину. Все это – не вымысел, а опыт, пережитый во время “сеанса”.

  Конечно, можно посчитать, что Гарри Галлер шизофреник и сходит с ума. Но, по другой версии (которой придерживаюсь и я), с помощью метафоры Магического театра нам показывают контакт Гарри с бессознательным: с масками, аспектами, архетипами. Читатель видит, как герой, несмотря на хаос, улавливает ритм трансформации. В этом ритме Гарри не становится другим одномоментно. Для начала он просто начинает понимать, что быть “собой” – не значит быть преданным чему-то одному, пусть и высокому и прекрасному, такому, как, например, музыка Моцарта и стихи Гёте.

  Улыбка Бессмертных
  Так что же улавливает Гарри? Смех!

  В финале романа Моцарт-Пабло прямо говорит Гарри: “Научись смеяться!” Конечно, подразумевается не прочтение сборника анекдотов, а смена мироощущения и мировоззрения, выход за пределы собственной серьезности. Гарри необходимо перестать воспринимать свою боль как абсолютную, уйти от трагедии бытия к легкости множества форм, перспектив и возможностей.

  Этот лечебный смех, эта улыбка Бессмертных – завещание от тех, кто прошел через все формы как счастья, так страдания и научился не растворяться в них.

  И все-таки, даже после символической казнью смехом, в финале Гарри не спасается. Но он встал на путь индивидуации, отправился в путешествие между мирами длиною в саму жизнь. Он не излечился от самого себя, но услышал музыку. И захотел жить.

  Вместо итога
  Степной волк – не роман про страдание. Не про одиночество. Не про отчаяние. И даже не про “духовный путь”. Это великий гимн множественности и противоречивости жизни.

  Это роман про то, что в каждом из нас живут несовместимые, спорящие, временами враждующие части – и это нормально. Нельзя стать собой, победив “волка” или “человека”, или еще какой-нибудь архетип. Но можно научиться их слышать, можно со смехом их принять и идти дальше, пока живешь.

  Гарри Галлер никого не победил. Он просто перестал бояться проигрывать. И это, пожалуй, самая честная форма принятия жизни – пути из одного мира в другой.

  26

  705