Рецензия на книгу
До свидания там, наверху
Пьер Леметр
likasladkovskaya12 июля 2015 г.Я солдат. Я не спал пять лет у меня под глазами мешки.
Я сам не видел, но мне так сказали.
Я солдат. И у меня нет башки,
Мне отбили её сапогами.
Ё-ё-ё комбат орёт. Разорванный рот у комбата,
Потому что граната.
Белая вата, красная вата
Hе лечит солдата.Война рушит кровные узы, изничтожает любые проявления человечности, однако способна она и породить братские чувства, устроить проверку, где ни чем не отличающийся парень вдруг одним поступком перечеркивает череду серых будней и становится немым, изуродованным пленником Войны. Войны, которая питается человеческим мясом, на пене которой поднимаются вверх мерзавцы.
Эдуард и Альбер - полуживые свидетельства преступления власти против своих граждан.
Анри - её олицетворение.
И ведь действительно, по обе стороны окопов одинаковые человеки: две руки- две ноги, которых их хотят лишить. И эти люди, науськанные в ненависти друг к другу, могли бы в иное, мирное время, то бишь до того момента, как их властителями пришло в голову устроить очередной передел и померяться танками да минами, любить друг друга, по- братски пить вино и петь иинтернациональные песни.
Родина же, желающая по- каннибальски крови собственных детей, сиреной завлекает их на утесы, где они находят смерть, предательски обещая помнить о доблести воинов, назначить пожизненную пенсию, выплатить миллионы, навещать на шею медалей, как баранов на самовар. На деле же выходит, что бывшим солдатам нет места в мирное время, а нынешним трупам даже в гробах, куда их укладывали, буквально сворачивая в трубочку, обрубая конечности, дабы даже после смерти выжать с них последние деньги.
В чем же мораль?
А в том, что " паны дерутся, а у холопов чубы трещат". Нельзя допустить ссоры народов, поскольку
ожидание – это как раз то, чем мы занимаемся с тех пор, как кончилась война. В конце концов, здесь почти как в окопах. У нас есть враг, которого мы не видим, но который давит на нас всей тяжестью. Мы зависим от него. Враг, война, администрация, армия – все это немножко похоже, вещи, в которых никто ничего не понимает и которые никто не может остановить.Два вынужденных брата - Альбер и Эдуард - спаситель и спасшийся, и их мучительной, метафора войны, разжиревшая на полноценном питании фронтовая муха Анри. Оказывается, однако, можно не только ненавидеть великий молох- войну, можно ненавидеть собственного спасителя и того, кого спас, ненавидеть почти доходя до мазохистской любви, ненавидеть саму жизнь, ненавидеть государство, право на чье существование слепо отстаивал 50 месяцев, ненавидеть родителей, которые хотят видеть в тебе героя, а в твою честь триумфальную арку.
Но вместо триумфальных арок появились стервятники с гробами 1,30 см в длину, зависимость от наркотиков, которые приукрашают действительность до приступов желания жить. И все это дети войны.
Потому наиболее верной позицией во время войны является свержение собственного правительства силами обоих сторон. Враги в первую очередь находятся внутри собственного государства, абсурдно искать их в чужом.22211