Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Мова

Віктар Марціновіч

  • Аватар пользователя
    RidraWong10 июня 2025 г.

    墨 瓦 «чернила» — 墨. На китайском языке он звучит как «МО». Второй — 瓦, означает «черепица». По-китайски он читается как «ВА»

    Да, именно так, ни на китайцев, ни на русских, ни на вьетнамцев она эффекта не оказывает. Мова торкает только тутэйших. Только тех, кто родился тут, в наших краях, на Северо-Западных территориях, и тех, у кого отсюда этнические корни.

    Ух, и проняло меня этой книгой! Торкнуло, вставило, перекрутило и перевернуло! И теперь с файлом наперевес я достаю всех читающих друзей и близких криком: «Must read!»

    Впрочем, не переживайте, всех не торкнет. Это же у нас белорусская антиутопия! Даже больше. Это антиутопический лингвистический боевик! И я не вполне уверена, что эта книга торкнет того, кто с детства знает только один великий и могучий, или great and mighty (англ), или groß und mächtig (нем), или grande y poderoso (исп), илиعظيم وعظيم (араб). А вот украинцы, казахи ( Герольд Бельгер - Казахское слово ), татары, а при адекватном переводе и валлийцы( Джон Уэйн - Зима в горах ), шотландцы, финны, чехи, ирландцы, фламандцы, - все те, кто регулярно слышали или продолжают слышать, что их язык – это «лишь какой-то смешной диалект, состоящий из искаженных лексем русского и польского языков»(или немецкого, или шведского,не суть) очень даже книгу грокнут.

    Анализировать книгу не смогу, слишком глубоко зацепила. Кому интересно, могу посоветовать великолепную рецензию   от Anastasia246 . Там и анализ, и краткое содержание.

    А я продолжу рекламировать книгу среди друзей, подкрепляя свои эмоции выразительными цитатами.


    Мова — это этика.Это наше исконное понимание того, что есть добро, а что есть зло, зашифрованноев словах. Ты видишь, как тут все? Через какое место? Причем, заметь, так было всегда. Как только находился достойный человек, его всегда рьяно «привлекали к ответственности». Свои же, не чужие. Черное — это белое, белое — это черное.  Палачи, именами которых до сих пор названы улицы. Пельмени «Петровские» и каша «Суворовская». Памятник Дзержинскому. Люди, которые не могут отличить подвига от преступления. И тут же рядом — филоматы и филареты, Калиновский.


    38
    394