Рецензия на книгу

• 

  Al-Be9 июня 2025 г.

  Море памяти. Одесса Паустовского

  «Время больших ожиданий» — это часть автобиографического цикла Паустовского «Повесть о жизни». Книга была написана в 1950-х годах, но охватывает события конца 1910-х — начала 1920-х годов, когда Россия и Украина находились в эпицентре социальных, политических и исторических потрясений.

  Речь идёт о временах после Октябрьской революции, в годы Гражданской войны. Это эпоха хаоса, когда старый мир рушится, а новый ещё не обрёл очертания. Одесса, как и вся Украина, переживает глубокие социальные раны — интервенции, голод, нищету, политическую нестабильность. Всё это Паустовский передаёт не как хроникёр, а как участник и очевидец.

  Одесса в этой книге — не просто географическая точка. Это живой, пульсирующий город на грани выживания. Паустовский передаёт его атмосферу с поразительной точностью: город, который умирает от голода и жаждет жизни одновременно. На фоне разрухи — потрясающая человечность, музыка, поэзия, крошечные радости.

  Автор с любовью описывает одесскую интеллигенцию, уличные разговоры, зной и ветер с моря. Читаешь — и будто сам сидишь в сырой подвале, где при свечке читают стихи Блока, а за окном рушится государство.

  Особенно захватывает эпизод с французской интервенцией в Очакове. Паустовский показывает, как иностранные войска пытались утвердиться в причерноморских городах. Но простой народ — голодный, обездоленный — сумел не допустить чужеземного вторжения. Это был момент, когда ничтожные силы народа взяли верх над внешним давлением. Без пафоса, без лозунгов — просто факт: люди были против, и они победили.

  Голод — один из главных героев этой книги. Люди выживали, как могли: ловили мидий, бычки . Тогда это было вопросом жизни, а не гурманства — а теперь мидии подают в ресторанах как деликатес.

  Море защищало, море кормило — оно было и щитом, и спасением. И даже в этих тяжёлых условиях люди продолжали писать, читать, спорить о поэзии. В этих маленьких огоньках — величие духа и удивительная стойкость времени.

  Отдельный восторг — наблюдать, как Паустовский рассказывает о своих впечатлениях от чтения Бебеля, Ильфа и других авторов, которые позже станут литературными гигантами. Читая эти имена, невольно улыбаешься: вот они, начинающие, ищущие, как и сам Паустовский, а теперь — классики.

  Особо тронуло упоминание газеты «Моряк». Я и сама когда-то её читала — и представить не могла, что у истоков стоял сам Паустовский. Вот она, живая связь времён: когда история внезапно становится личной, и ты понимаешь, что, пусть незаметно, но касалась её через строчки газеты.

  И как символично, что сегодня в Одессе есть улица, носящая его имя. Это не просто табличка — это благодарность горожанинам человеку, который сберёг их город в словах. Улица Паустовского — улица памяти, литературы и надежды.

  Книга пронизана искренностью и поэтичностью. Паустовский умеет писать так, что даже в самой мрачной сцене ты находишь луч света. Читать интересно не только из-за исторического контекста, но и ради живого языка, образов, запахов, диалогов. Это не только память о прошлом — это зеркало, в котором видно, как сохраняется достоинство человека даже в жестокое время.
  
  

  10

  167