Рецензия на книгу

• 

  metakgp8 июля 2015 г.

  Я давно слышала, что ‘Возвращение в Брайдсхед’ – это не совсем тот иронично-ехидный Во, который создал ‘Пригоршню праха’ и ‘Незабвенную’. Но, по-моему, это не 'не совсем тот', а какой-то вообще не тот.
  Роман с самых первых страниц навевает глухую тоску и горечь, и даже периодически мелькающий знаменитый английский юмор положение уже не спасает. Это сложная композиция из сплетений любви, религии, их поисков, душевных метаний героев. Автор не делает конкретных выводов, не формулирует догм, не высмеивает, не осуждает, не превозносит. Он пытается охватить. Повествование идет от лица Чарльза Райдера, но рассказчик – словно сторонний наблюдатель, который в зеркале чужих отражений пытается отыскать себя.
  Вопрос веры - вопрос тонкий.
  На мой взгляд, Во достойно очертил зыбкую грань между "священными и богохульными воспоминаниями" главного героя.

  Лично мне из всех мятущихся персонажей наиболее близок Себастьян, который говорит:
  

  
  «У нас семья религиозно не однородная. Брайдсхед и Корделия — оба истые католики; он несчастен, она весела как птица; мы с Джулией полуязычники; я счастлив, Джулия, по-моему, нет; мама считается в обществе святой, папа отлучен от церкви, были ли он или она когда-либо счастливы, Бог знает. И вообще, как ни посмотри, к счастью все это имеет весьма отдаленное касательство, а мне только его и нужно...»

  Но когда Джулии представилась возможность стать счастливой – она, по ее словам, выбрала веру:
  

  
  «Я не могу отказаться от надежды на его милость. А было бы именно это — новая жизнь с тобой, без него. ... Но сегодня я увидела, что есть одна вещь, по-настоящему непростительная … и эту непростительную вещь я едва не совершила, но оказалась недостаточно плохой, чтобы ее совершить, это — сотворение иного добра, против Божьего».

  Что же это за вера, которая обрекает на страдания?
  Разве человек не создан свободным равно как для счастья, так и для печали?

  Какой бы выбор ни сделал сам Чарльз, но и он обрел свой Брайдсхед. И какая бы безысходность не переполняла меня при чтении, последние строки вселили надежду. Это все-таки не книга с плохим концом. Может, этот самый конец стал для Чарльза Райдера только началом.

  2

  48