Рецензия на книгу
Гений и богиня
Олдос Хаксли
dezoti7 июля 2015 г.Роман трагичен.
В нем измена, эта неисчерпаемая тема для писателей.
Джон сказал «нет» всем своим условностям и табу, господствующим внутри него, отбил все нападки дятлов, долбящих его мозг и перешел, собственно, к тому, что впоследствии явилось для него самым ярким и незабываемым из всего, что он когда-либо пробовал в жизни.А попробовал он Богиню.
Но она не богиня.
Она обычная. Абсолютно земная. Уверенная, убедительная, желанная. Столько природы в ней. И олимпийского спокойствия. Но не богиня.
Кэти сама признается: «Ты так на меня смотрел, словно нашел бифштекс на необитаемом острове. Не надо этого делать. Заметят. К тому же я не бифштекс, я нормальный человек, нежареный».
Но Джон не в силах разглядеть в ней нормального человека. Идеализирует, поэтизирует, обожествляет. А Кэти - нормальная. «В женственности Кэти не было ничего подавляющего или рокового, ничего вызывающе-сексуального», этакая «Гера в образе деревенской пастушки - но пастушки с головой, пастушки с колледжем за плечами».Кэти - симбиоз хладнокровия, благородной эротичности, стойкости. Она из тех женщин, глядя на которую мужчина крошится на мелкие кусочки, по-другому говоря, теряет голову. Сразу же, мгновенно.
Есть такой разряд женщин, неотразимых и все превосходящих, заряженных колоссальным магнетизмом, образ которых лелеешь и бережешь, и вспоминаешь, и прокручиваешь в голове раз за разом, с новой силой, и делишься им с другими людьми, безостановочно, безукоризненно, словно умалишенный. Словно Джон Риверс, думающий о Кэти.
В парфюмерии, как и в музыке есть такой термин как нотная пирамида. Кэти для меня (не для Джона и не для ее гениального, именитого, великовозрастного мужа Генри) как аромат, верхние ноты которого это османтус, немного апельсина и капелька бергамота (на старте повествования) - Кэти здесь такая деликатная, бархатная, густая, вызывающая счастье, улыбку, даже эйфорию; далее солируют чувственный мускус и чарующая амбра (кульминация), а база (концовка) прорезана сухими, горьковатыми, кожными нотками, каким-нибудь лесным, землянистым ветивером.
Финал несколько шокирует, но даже в нем я выловил помимо горечи некий душистый оттенок, правда, очень кратковременный - тут сработал замысел Хаксли, он резко развернул меня и показал на дверь, которую не хочется открывать, но надо. А там за дверью комната, и в ней совсем другие ароматы и шлейфы, боюсь предположить, далеко не османтусо-цитрусового характера.
Кэти? Как может Кэти упиваться сексом в такой страшный и горький час? Как может больше всего на свете любить окружающий мир, лошадей, деревья, пруды, уток?
А Джон? 28-летний девственник спит с Кэти, «изнасилованный» своей матерью. Видит дятлов, барабанящих его мозг «чугунными клювами»: общественной моралью, добродетельными потугами, поучительными вывертами.
А Генри? Этот шалопай от науки, для которого физика и математика, как для футбольного болельщика - Пеле и Марадона, этот болван (круглый), инфант (безнадежный), эгоцентрист (беспробудный), в шаге от смерти, пребывая в полуобморочном состоянии мечтает! мечтает! мечтает! о возвращении Кэти. «Она служила ему пищей, являлась жизненно важным органом его собственного тела. В ее отсутствие он походил на корову без выгона, на больного желтухой, который изо всех сил пытается прожить без печени».
Кэти только кормежка для Генри, вещь, услуга, не личность.
Бесконечная человеческая игра, в которую играют столетиями. Изменить, не изменить?
У Кэти только что умерла мать. Генри при смерти. Джон под рукой.
Я вспоминаю фильм «Бал монстров». Там у главных героев умирают дети: Холли Берри теряет сына в аварии, а Билли Боб Торнтон смотрит, как его сын стреляет в себя из револьвера. Судьба их тут же сводит. И Холли умоляет Билли о сексе.
Реакции от потери близкого человека у всех разные. Кто-то молчит, кто-то плачет, кто-то пьет, кто-то молится, а кто-то занимается сексом. Каждому - свой выход.Хаксли иллюстрирует как один конкретный поступок влечет за собой другой, как встреча с неизвестным и невозможность оставаться в зоне комфорта, где все ясно и знакомо, неминуемо приводит к переживанию нового опыта, и, как следствие, к кардинальным изменениям как самого человека, так и его жизненного рисунка.
Олдос пишет ровно, без скачков и провалов, не сливаясь со своими персонажами.
Тема, затронутая писателем не располагает и не вызывает лично у меня большого интереса, но даже несмотря на это, в кульминационные моменты я ловил себя на ощущении пристального внимания и сильного желания узнать, чем же все закончится.Минус книги - обилие патетики, высокопарных словесных реверансов, сладкоречивой масленой мути утомительных панегириков/дифирамбов, беспощадно извергающихся из уст рассказчика, коим является ГГ Джон Риверс.
Резюме.
Что посеешь, то пожнешь. Олдос Хаксли на примере своих персонажей показал один из вариантов того не доброго, не разумного посева, сделанного не по погоде, вразрез общепринятым правилам, на глазах у недоделанных «эго», урожай которого, а точнее только первые его всходы приводят к поистине катастрофическим последствиям.
Однозначно читать. Это было первое знакомство с писателем, и оно обнадеживающее. Он какой-то очень достойный, солидный, проницательный, знающий.7126
