Рецензия на книгу

• 

  Rudolf30 мая 2025 г.

  Папа умер. [Выборы]. Да здравствует Папа!

  Роберт Харрис
  «Конклав»

  Ни один человек в здравом уме не может желать стать папой.

  Pax vobis.

  «Да бя-я-я-я-яь!» — с болезненным стоном подумал я, когда мне во всей яркости открылся конец этого романа. И далее: «В п**ду всё это! За что!? А-а-а-а, почему? Зачем?» Простите, уважаемый мистер Харрис: а что, так можно было!? Кудесник! Эпата-а-а-а-аж. Извините, пожалуйста, мне такое немного нецензурное начало, но иначе я не могу. Ну, серьёзно!? Роман сам по себе не выдающийся, так ещё и конец добил. Знаете, у меня обычно начинаемое произведение по умолчанию имеет пять баллов. Потом, в ходе чтения баллы или половинки баллов снимаются. Может случиться фортель какой-нибудь, неожиданный сюжетный ход, цепляющая сцена, душещипательный диалог — оценка снова повысится. У этой же работы мистера Харриса она постепенно и неумолимо снижалась, чем дальше я углублялся в текст, тем яснее становилось: лучше уже не будет. Ноль колебаний, никаких сомнений. Это плохо, просто плохо сочинённый и хорошо написанный роман; к переводу и качеству сносок претензий не имею. Не могу сказать, насколько сильно автор старался выдать на наш суд что-то удобоваримое. В «Благодарностях» он упоминает людей, которые помогали ему написать роман, проводили экскурсии и рассказывали некоторые моменты, связанные с процессом избрания папы (именно об этом эта книга, если что). Ну и? Толку-то? Хорошо, что короткий. Наверное, это его единственный плюс. А нет, был ещё один: в романе упоминается труд Элиаса Канетти «Масса и власть» (правда не знаю, насколько это плюс, раз меня ненавязчиво «пнули» в бок давней хотелкой). И был момент, когда я с лёгкой долей иронии усмехнулся при упоминании Данте и его «Комедии», потому что параллельно читал книгу о ней. Вот. Три, целых три момента, которые я с натяжкой могу отметить для себя в каком-никаком положительном ключе. Хотя писатель и описывает основные процедурные моменты процесса, объёмная картина происходящего не складывается в голове, совершенно нет эффекта присутствия (как мне кажется, конкретно в этом романе это важно), нет интриги. Автор пытался добавить динамики, вплести элементы детектива, навести тумана — в этом не откажешь ему, попытка не пытка. Другое дело, что если не всё, то очень многое казалось высосанным из пальца, крайне удобным Роберту. Хлипкая конструкция, шаткая. Карточный домик. Искусственная жвачка, кладя в рот которую, знаешь, что в итоге выплюнешь. Вот и здесь так же. В романе практически бездумно сюжет пережёвывается в реальных локациях, декорацией которым служат люди. При первом же «нежданчике» становится ясен конец. И данный роман — не тот случай, когда предсказав финал, становится интересен путь к нему. Скорее желание, чтобы этот жабогадюкинг (не знаю, как в реальности, но в книге описанные конкретно эти выборы именно так мной и воспринимались) закончился. Ни на какую глубокомысленность роман не претендует. Да и как развлекательное чтиво тоже не особо завлекает. Прочитал — и ладно. Хотя рейтинг говорит об обратном факте.

  
  Но как кто-либо из нас может знать наверняка, почему мы поступаем так, а не иначе?

  Главным действующим лицом является декан Коллегии кардиналов, кардинал-епископ Остии Якопо Бальдассаре Ломели, на плечи которого по должности ложатся организация и проведение конклава. Одиннадцать человек — помимо нашего главного героя — таково было число персонала, обслуживающего выборы самого влиятельного духовного лица на земле — Епископа Римского, Викария Христа, Раба рабов Божьих и т. д. Автор в романе расписывает, кто из них кто. Уже в самом начале Харрис играет с читателем и вбрасывает внутренний конфликт. До боли нарочито и бесхитростно. Закатывание глаз номер раз. И вроде бы жизненно и реалистично, но ощущение искусственности не покидает. Мы понемногу, постепенно знакомимся с Ломели и остальными персонажами. Кардиналы прибывают в Ватикан, англичанин представляет главных будущих соперников, рассказывая, кто чем промышляет, какие позиции отстаивает тот или иной «его преосвященство», какие должности некоторые из них занимают и где служат на благо людей и Господа, кому какое место в церковной иерархии отведено. В принципе, типичные попы. Это можно было изобразить намного интереснее, чем смог сделать Харрис. Далее события крутятся-вертятся в рамках этого самого конклава, правила которого строги до невозможности. Но зачем существуют правила? Правильно, ответ вам известен. Поспали, проснулись, поели, поговорили, проголосовали, подумали, поели, проголосовали, поспали… Отель, столовая, Сикстинская капелла — вот и все локации. Когда дело касается выборов, то это всегда грязь, подковерные игры, политика, сплетни и проч. На Господа надейся, а сам не плошай. Дух соперничества у писателя передать не получилось. Кто знает: может, его там и нет. Всё же в руках Господа, только Он способен направить избирателей. Верно? Как удобно при каждом чёртовом случае взывать к нему и перекладывать ответственность за свои решения на невидимое бестелесное существо. Роман этим полнится. Как и рассуждениями об ответственности перед паствой. Не обошлось и без леволиберальной повестки, терактов, «битвой» — пусть только и на словах из уст католиков — между исламом и христианством. Закатывание глаз номер два. Противостояние традиционалистов и прогрессистов тоже в наличии, его не могло не быть. Через главного героя автор передаёт размышления о значении человека для себя самого, общества и системы, коллектива который его окружает. О, эти бесконечные сомнения в себе, грызшие нутро обиды, цветущее душевное смятение — и просвещение, принятие в конце. Хотелось бы герою сопереживать, но я не мог. Вторая прочитанная книга подряд оставила впечатление банальной предсказуемости. Грустно. Мною все сюжетные ходы считывались на элементарные раз-два. Ну, кроме финального. Там пальнул, так пальнул автор, что закачаешься. Из всех орудий. Бах, ба-бах! Трах-тибидох-тибидох. Одним закатыванием глаз уже было не обойтись. Метания главного героя — настоящие американские горки. Смирение, возбуждение, негодование, постоянное волнение, эйфория, катарсис, смирение, принятие, облегчение — и это всё за пару-тройку дней. А padre семьдесят пять лет, на минуточку. Не жалеют старика.

  
  По моему опыту, мерзейшие грехи нередко совершаются по самым благородным мотивам.

  Вообще-то не могу сказать, что я собирался или хотел когда-нибудь прочитать эту (равно как и посмотреть экранизацию с Рэйфом Файнсом (люблю его) — хотя в этом случае шансов, как мне виделось, было больше) книгу. Как вам известно, в конце апреля понтифика римского призвал Господь. Конклав (лат. сonclave — запертая комната) — собрание кардиналов, созываемое для избрания следующего отца Рима, — был назначен на начало мая. Я поразмыслил и решил: ну раз в очередной раз в апреле у меня не срослось с «зачарованно-колдовским апрелем» Элизабет фон Арним (несколько лет я безуспешно пытаюсь уделить своё внимание этому роману в нашем юном месяце), то, собственно, почему бы и не возместить «упущение». Более подходящий повод, чтобы свести знакомство с романом, который имеет такое говорящее название — «Конклав», трудно себе представить. Правда, я стараюсь избегать чтение книг, в которых верующие являются главными персонажи, потому что мне абсолютно неинтересен их духовный мир и оставляют равнодушным те конфликты — как внутренние, так и внешние, — которыми полнится их бытие. Чьи же это происки, чьё влияние — сподвигнуть меня читать, как сто восемнадцать кардиналов выбирают главного среди себя? Не может же всё быть так просто, как описал я выше? Господи, помилуй! Мой выбор стоял между этим и другим «Конклавом». Рейтинг оказался в пользу творения Роберта Харриса. Хе-хе, это явно тот самый случай, когда неплохой в общем-то рейтинг книги на всеми нами любимом сайте не оправдал ожиданий, ввёл в заблуждение. Грешно, однако. Ай-яй-яй. Я хорошо помню, как в 2005-м году, после смерти папы Иоанна Павла II, с трепетом следил, дым какого цвета пойдёт из трубы, чувствовал ажиотаж и сопричастность к чему-то большому, к чему-то, что происходит не так уж и часто и является значимым событием для значительной части мира. Эх, куда делось это ощущение? Было бы неплохо хотя бы на время чтения книги его вернуть. Ностальгия иногда страшная штука. Не получилось. Ну и ладно. Теперь, двадцать лет спустя, зная, что представляет собой Церковь как институт, сколько скандалов сопровождают её существование, сколько тёмно-мрачных тайн хранит её история (зачастую очень непривлекательная и ужасающе неприглядная), никаких положительных чувств она не вызывает. Но я признаю, что отдельные её последователи и приверженцы могут делать хорошие и добрые дела, нужные как обществу в целом, так и отдельно взятому человеку. На последующие конклавы при моей жизни уже было откровенно всё равно. А для чего написана эта книга я так и не понял. Что хотел сказать автор? Что показать? Думаю, только лукавый сможет помочь в поиске ответов на эти вопросы…

  Et cum spiritu tuo.

  Danke für Ihre Aufmerksamkeit!
  Mit freundlichen Grüßen
  А.К.

  28

  277