Рецензия на книгу

• 

  reader-1124987026 мая 2025 г.

  Злободневно

  Пишу как один из первых читателей русской версии.

  Начну с того, что Кристин Ханна - уж точно не самый любимый мой автор, как и весь сентиментальный жанр в целом. И художественные недостатки ее текста видны невооруженным глазом. Он прост, перенасыщен жанровыми шаблонами и всеми видами манипуляций для разрыва читательского сердечка. Ханна, собственно, и сама легко признает, что она прежде всего - коммерческий автор женских историй, не сравнивая себя с титанами американской литературы.

  И все же в простую и даже во многом примитивную форму у Ханны в последние годы заключается нечто злободневное и важное. То, что просто не может дойти до ЕЕ аудитории по другим каналам.

  Смешно, например, считать ее предыдущий роман "Четыре ветра" конкурентом великим "Гроздья гнева" Стейнбека - и все же она смогла рассказать о "Пыльном котле" (и особенно - о судьбах женщин во время этой великой катастрофы) то, о чем сам Стейнбек не смог (или не захотел) написать тогда, в 1940-м. О судьбах белых американцев, ставших фактически рабами в собственной стране. О женщинах, на плечи которых легла основная тяжесть беды, самых гонимых, слабых, униженных - собственными согражданами, не говоря уже о властях.

  С романом "Женщины" та же история: безусловно, о той войне есть множество других, куда более значимых в литературном плане книг и фильмов, от "Апокалипсиса сегодня" и "Охотника на оленей" до "Стариков" Хэсворда. Но, как и "Гроздья гнева", это романы и фильмы, созданные мужчинами, о мужчинах и для мужчин. В них нет места женщинам... Которые тоже были на войне, разделив с мужчинами все ее тяготы. А потом были забыты.

  Они не брали высоты, не сбрасывали бомбы на деревни, не маршировали по болотам по пояс в грязи - ну кто даст женщинам такую работу? Они были "леденцовыми девушками", медсестрами - и видели не меньше смерти и крови, чем "настоящие" солдаты. А несправедливость и жестокость войны чувствовали, пожалуй, даже больше их.

  Книги и фильмы о Вьетнаме рассказывали о тех, кто воевал. Но не о тех, кто спасал жизни: бывшие "вьетнамские" медсестры были "невидимками" до середины 80-х годов, когда в Вашингтоне был открыт первый мемориал "Женщинам во Вьетнаме". И даже в статье в Википедии об этом памятнике не указано имени женщины, ставшей главным инициатором этого проекта - а заодно и прототипом главной героини "Женщин" Ханны.

  Дайан Эванс родилась и выросла на молочной ферме в сельской Миннесоте и окончила школу медсестер в Миннеаполисе, штат Миннесота. После окончания школы она присоединилась к Корпусу медсестер армии и служила во Вьетнаме с 1968 по 1969 год. Она служила в ожоговом отделении 36-го эвакуационного госпиталя в Вунгтау и в Плейку в 71-м эвакуационном госпитале. Включая год во Вьетнаме, она отработала шесть лет в Корпусе медсестер армии. А после войны возглавила движение "видимости" бывших медсестер, не имевших фактически никаких ветеранских прав, и написала книгу документальную "Исцеление: история медсестер Вьетнамской войны", материалы из которой использовала и Ханна (выразив в финале благодарность Дайан практически как соавтору).

  Безусловно, Фрэнки - не стопроцентная Дайан: ее образ, разумеется, собирательный, как и в "Соловье", героиня которого лишь частично напоминает реальную Андрэ де Йонг. И "Исцеление" - далеко не единственный источник Ханны: для работы над "Женщинами" она использовала десятки томов воспоминаний и документальных работ. Но все же в письмах и эмоциях Фрэнки больше всего именно от реальной Дайан.

  А теперь спросите себя - многие ли читатели знали имя Дайан Эванс и читали "Исцеление" до Ханны? Многие ли вообще задумывались о том, что пережили и что видели женщины во Вьетнаме? Конечно, "Женщины" - прежде всего сентиментальный роман, с любовными историями и типичной для Ханны эволюцией испуганной и не слишком умной девочки в глубоко израненного внутри, но выжившего воина.

  Но благодаря многомиллионному тиражу этой книге Америка вновь испытала новую волну рефлексии на тему далекой войны (и вообще войны как таковой). О Вьетнаме задумались и те, кто никогда не стал бы смотреть ни "Апокалипсиса...", ни "Охотника на оленей" - и уже за то, что Ханна заставила задуматься о Вьетнаме потребительниц розовой продукции Hallmark, ее стоит поблагодарить. Это как раз тот случай, когда пресловутое "послевкусие", на мой взгляд, важнее упаковки, а книга, уж точно написанная не "для вечности", и даже "не о главном", неожиданно становится значимой. Здесь и сейчас.

  Интересно, что крайне консервативная по своим убеждениям Кристин Ханна (на последних выборах голосовавшая за Трампа), рисуя в своем романе крайне нелицеприятный портрет антивоенных активистов, все же задается вопросом - во имя чего американские бомбы убивают детей на чужой земле? Почему власть и официальная пресса чудовищно лгут, почему "патриоты", громче всех одобрявшие войну, сами не спешат в джунгли, а спокойно продолжают зарабатывать деньги и делать карьеру на костях своих же детей (да, там хотя бы своих)?

  « — В том приюте была девочка, — сказала Фрэнки. — Она чуть не сгорела. Наши медики нашли ее на обочине… в руках мертвой матери.
  Ее деревню разбомбили.
  …Война — это одно, бомбы, летящие на деревню с женщинами и детьми — совсем другое. В „Звездах и полосах“ ничего подобного не писали. Почему там не рассказывали правду?
  Воцарилось молчание. Все всё понимали, но сталкиваться с этой ужасной правдой никто не хотел. Та деревня была в Южном Вьетнаме.
  И бомбы были только у американцев.»

  Впрочем, "Женщины" - это никак не политический памфлет, не прокламация, и уж тем более не историческое расследование. Это история женщин - обычных, не вовлеченных в политику, как Джоан Баэз или Джейн Фонда, во многом наивных в своем патриотизме, но тем не менее способных понять всю несправедливость и ужас войны, ведущейся где-то далеко от родных берегов. Это не Борис Васильев и не Светлана Алексиевич, конечно, и все же - при всей несопоставимости литературного (и документального) уровня Ханна умеет достучаться до той части женской (и аполитичной) аудитории, которые иначе вряд ли заинтересовались бы вьетнамской темой.

  Читая "Женщин", в очередной раз убеждаешься, что порой коммерческий роман способен поставить перед читателем куда больше важных вопросов, чем изящно написанный псевдоэстесткий артхаус с множеством красивых аллюзий, параллелей и намеков. И именно за них Ханне можно простить многое: и чрезмерную сентиментальность (героиня ухитряется влюбиться "раз и навсегда" аж трижды за несколько лет), и чудесные спасения, и бесконечные, на надрыве, рефлексии Фрэнки.

  А остаются в конце, после прочтения, простые слова, которые не устареют и не обесценятся, как бы ни менялся мир вокруг нас, вместе с учебниками истории и идеологиями, вместо со взглядом на события, их причины и последствия.

  "Они слишком долго молчали, слишком долго были забыты, особенно женщины.
  Вот в чем важность воспоминаний. И теперь она знала: невозможно просто забыть войну и прошлое, невозможно двигаться дальше, закрывая глаза на всю эту боль.
  Однажды она найдет способ рассказать стране о своих сестрах — женщинах, с которыми она служила. Ради всех погибших медсестер, ради их детей, ради женщин, которые последуют по этому пути после них.
  Все началось здесь. Сейчас. Никто больше не молчал, они вместе стояли в лучах осеннего солнца, призывая к честности.
  Они наконец-то гордились собой.
  Женщинам есть что сказать, даже если мир не готов услышать их историю — историю, которая начиналась с трех простых слов.
  Мы там были."

  Роман Кристин Ханны, не претендуя на роль "интеллектуального чтения" и даже просто литературно совершенного романа, тем не менее "есть здесь". И именно здесь и сейчас, в определенном ракурсе, он, кажется, более чем важен. Хотя если вы ждете просто очередной душещипательный роман от Ханны, лучше перечитайте "Улицу светлячков". Если хочется чего-то о "дисфункциональной семье" и ПТСР - вам лучше зайдет "С жизнью наедине". Слишком уж близки "Женщины" к тому, что болит, слишком много рождают вопросов и сомнений для женского романа. Для простого "повздыхать и поплакать" это не самая подходящая книга.

  24

  574