Рецензия на книгу

• 

  el_lagarto27 июня 2015 г.

  Уважаемый господин Фаулз! Покорнейше прошу: прекратите меня преследовать. Многолетняя практика чтения по спискам, будь то задания по английскому, обязательная литература, флэшмобы или встречи в клубе, показала, что встречаемся мы часто, но встречи эти напоминают матч по боксу.

  Первый пробный удар: история про маньяка и его жертву. Можно долго рассуждать, кто виноват, и как так получилось, только на самом деле в таких ситуациях ответ один: виноват всегда преступник, неважно, как вела себя жертва. Фредерик - простой такой товарищ: хотел - коллекционировал бабочек, захотел - стал коллекционировать девушку. И пишет он так же просто. Так мог бы писать десятилетний ребенок, который не понимает, что хорошо, а что плохо. И поступает так не по злобе душевной, а просто потому, что никто ему не объяснил, как правильно. Потому что некому было объяснять. Но психология будущего маньяка - это еще не повод, чтобы писать целый роман. Парирую, автор. Но наверняка у тебя в запасе есть что-нибудь еще, знаю я вас, господин Фаулз, с Вами никогда не бывает так просто.

  Прицельный хук слева: послушаем, что по этому поводу может сказать бабочка. Но бабочке не до того. Она занята самолюбованием. Посмотрите, какая она разноцветная, какая оригинальная, какая талантливая! Как играют блики на ее крылышках! Она и художница, и интеллектуалка, и красавица, и сама доброта во плоти. И хотя в самом начале она заявляет, что презирает снобов, она врет, в том числе и самой себе. Почти весь ее дневник - это бесконечное бла-бла около искусства, повторение чужих мыслей и идей, в то время как у нее самой в голове нет ничего. Она не понимает всей тяжести ситуации, она думает, что пытается быть доброй к Фредерику, хотя на самом деле это просто высокомерная снисходительность. Миранда смотрит на своего тюремщика сверху вниз, хотя сама тоже неспособна подняться вверх. И тут нет смысла даже говорить "если бы она относилась к нему немного серьезнее, все могло бы быть иначе", просто потому, что она не способна на такое. Она точно так же безнравственна и не понимает, что делает, потому что все вокруг затмевает мысль, будто она принадлежит к избранным. А вот ни фига не так, дорогая Миранда, просто у тебя изначально условия были лучше, чем у Фредерика, но подняться выше ты и не пытаешься. Как Фредерик вспоминает свою тетушку, которая изрекает банальности вроде "счастья не купишь", так и дневник Миранды полон вторичных мыслей о художниках, коллекционерах и искусстве в целом, и читатель плавает, плавает в этом супе, и кажется, конца ему не будет.

  И тут - коронный удар под дых, после которого психологический триллер превращается в классику: Фаулз, как всегда, пишет не просто о маньяке и жертве, а о современном искусстве. Эта тема у него сквозит во многих романах, но тут звучит со всей мощностью. Фаулз насмешливо плюнул во всех: и в коллекционеров, которые скупают картины, не понимая их истинного значения, просто потому, что какой-нибудь критик указал на них и заявил, что это хорошо, а у коллекционеров оказалось достаточно денег; и в художников, которые творят абы что и при этом мнят себя Немногими, избранными, которых все остальные просто не понимают. Миранда упоминает башню из слоновой кости, наивно полагая, что никогда такой не будет, но она уже там, в этой башне, с того момента, как сочла Фредерика хуже себя. Как и все эти высоколобые, полагающие, что только они разбираются в искусстве, а остальные - недоразвитые.

  И тут я готова признать свое поражение. Почти. Потому что за тему искусства я ставлю роману пять, десять, сто. Это гениально. Но, небо, как же выбесила меня бесконечная болтовня Миранды!.. Обвиняю ли я ее в случившемся, в том, что она оказалась в подвале? Нет. Она обычный человек. И ее вины в этом нет.

  Ее вина в том, что случилось после. В самом конце. Сильном, но закономерном конце.

  31

  136