Рецензия на книгу

• 

  jadorelire9 мая 2025 г.

  Мир, исчезнувший в её тени.

  Читать Мураками — это как гулять по тихим, меланхоличным улочкам Японии в комфортном одиночестве. Его язык — это не просто слова, это атмосфера: полутонкая, тревожная, но одновременно приносящая умиротворение. И даже если порой взгляды Мураками на женщин вызывают внутренний протест — с его навязчивой сексуализацией, телесностью, странными и даже отталкивающими подробностями — всё это как будто становится частью его фирменного кода. Он — Мураками.
  
  Сборник «Мужчины без женщин» сразу же выделяется из его творчества: сам автор честно признаёт в предисловии, что рассказы — не его привычный жанр. Но это предисловие и есть вход в его внутренний мир. Для меня это было как рукопожатие перед разговором. В этих рассказах — всё, за что можно одновременно любить и не любить Мураками: мужчины, потерявшие женщин, потерявшие себя, переживающие, отрицающие, проживающие. И это не просто истории — это карты душевных пространств.
  
  Первый рассказ — «Влюблённый Замза» — выбивается из общего тона. Это сюрреалистическая история о том, как Грегор Замза превращается обратно — не из человека в жука, а наоборот. Он влюбляется, но не может быть с женщиной физически. Это аллегория на уязвимость, на нежелание причинить боль, на изоляцию. Это как будто предисловие внутри самой книги — художественное, загадочное, подготавливающее к главной теме: что делает мужчину мужчиной, когда рядом больше нет женщины.
  
  Дальше идут рассказы, наполненные теплом, потерей, ностальгией. Где мужчина вспоминает, как жена изменяла ему, но он прощал, лишь бы не потерять её. Где разговоры с другом становятся откровеннее любых признаний. Где старая любовь растворяется в музыке The Beatles, и ты вдруг понимаешь, насколько их звучание перекликается с прозой Мураками — не ритмом, но настроением. Их объединяет мягкая грусть.
  
  Это истории о невозможности быть рядом, даже если вы оба стремитесь к близости. О страхе, который мешает подойти ближе. О боли, которую мужчины прячут под слоями книг, дел, музыки. Мураками снова и снова показывает: мужчина, лишившийся женщины, будто теряет часть мира. И не просто романтического мира — а самого себя.
  
  В некоторых рассказах ощущаешь почти философскую грусть — как в истории, где мужчина, потеряв любимую, просто уходит и стирает всё, что было между ними. Создаёт себе другую реальность — где всё «в порядке», где есть книги, дом, музыка. И только в конце он признаёт: «Да, мне больно. Очень». Это признание — будто взрыв. Потому что, заглушая боль, ты не освобождаешься от неё. Ты просто отдаляешь её. И когда она возвращается — рушится всё. Но за этим — освобождение.
  
  Есть и рассказ, где женщина становится почти эфемерной фигурой — без имени, без тела. Но именно её голос, её разговоры становятся сутью существования мужчины. Не плоть, а общение. Это было неожиданно нежно и сильно. Показывая, что настоящая близость — не в прикосновениях, а в словах. В мыслях. В том, что остаётся после.
  
  Да, как всегда у Мураками — здесь есть странности, есть откровенные, даже отталкивающие описания, в которых он остаётся верен себе. Это не украшает книгу, но ты уже учишься читать его иначе — отделяя голос от содержания, вдыхая атмосферу, словно это осенний воздух.
  
  Финальная история, «Мужчины без женщин», коротка, почти лаконична. О человеке, потерявшем женщину из прошлого. Он женат, он вроде бы не один. Но звонок о её смерти превращает его в мужчину без женщин — потому что с её уходом исчез целый мир, связанный с ней. Год, вещи, запахи, цвета — всё стирается. Она — это было время. И время уходит вместе с ней.
  
  Парадокс Мураками в том, что он одновременно отталкивает и притягивает. И ты всё равно возвращаешься к нему. Потому что он умеет тронуть за что-то очень личное. За ту самую часть, которую ты не можешь объяснить. И даже если ты думала после «Норвежского леса», что больше не возьмёшь в руки ни одной его книги — всё равно читаешь. Потому что этот голос — он чувствуется как дом. Странный, непростой, со своей тишиной, своими тенями, но всё равно — тёплый и знакомый.
  
  И хотя каждый рассказ в сборнике может вызывать чувство неуверенности, разочарования или размышлений о неизбежности потерь, именно эта неспешная философская тревога — то, что цепляет. Мураками как будто специально оставляет пространство между строками для собственных мыслей читателя. И, может быть, в этом его особенность: не давая готовых решений, он даёт возможность найти их внутри себя.
  

  12

  330