Рецензия на книгу

• 

  exklioxey4 мая 2025 г.

  Не Лолита, не Гумберт, но...

  В ролях папа Окси и девочка-пиз...
  то есть...

  Переписка немощного старика 47 лет и... его любимой деточки. Ей скоро 18 (но по тем временам уже почти что милфа), а он годится не в отцы, а в дедули. Он - не Гумберт Набокова, а она уже не Лолита. Макар Алексеевич Девушкин и Варвара Алексеевна Доброселова.

  Наш дед - не P Diddy,
  он далёк. Скорее Лепс. Не хотел невинного тепла? Попиз..

  Детям - леденцы, подросткам - хрупкую самооценку, дедам - помощь и ласку. Ни капли самоуважения, но у кого?

  Помогите бедному Макару, он еле сводит концы с концами, а всё потому, что делает подарки и оказывает своё внимание. Невзначай внимание акцентирует в письмах на своей жертвенности (любовь же). Подарите любовь, люба деточка. Нет!...

  Это всего лишь отеческая приязнь, приходится оправдываться. Вам показалось. Девочка же сирота. Верите?

  И естественно его письма выходят длиннее, и вообще он с самого начала просит её отвечать как можно подробнее...
  А в первых же главах, видимо, замечтался, и думает, что она какие-то знаки подавала при помощи занавески. Ошибочное суждение. Как и от меня, хотя он и правда явно что-то испытывает.

  Ладно, роман не об этом, хоть здесь всё переплетено. Начну с того, что это эпистолярный жанр. Сам не знал, что это такое. И иногда казалось, что, пусть это и гениально, всё таки как-то не реалистично. Приходится ведь иногда беспалевно пересказывать события вне писем. Благо, Достоевский, право, справился отлично, а я придира, который не смог.

  Письма, письма, письма... В них Макар, как шкатулка - имеет двойное дно. В каждом доме есть чёрный ход и в душу потайная дверца. Без похоти, но очень сильно любя.
  Он - маленький человек, хоть и где-то служит. Социальный статус важен. На грани нищеты, ютится в ужасной съёмной комнатушке, носит старую одежду и не может позволить себе не стесняться своей внешности. Зато его труд, как и он сам, важен: честный и государственно нужный, пусть и рутинный и малооплачиваемый. Ощущение значимости. На дне, но зато чиновник. Может покозырять тем, что есть "дела", причастен к распоряжениям и ведомству. Государственный механизм. "Власть - это шестерёнки под ринопластикой, и он часть её".

  жаль что далеко не все поймут, в чём же прикол))) мой отзыв действительно тонкий))) не так уж много образованных и любознательных людей, кто знает, почему это всё так забавно))))
  Его город под подошвой. Его ДАВЯТ САПОГОМ
  (сложные отсылки на автора горгорода и на сапожников)

  А вообще, чужое мнение... Внешний вид... Поступки...
  Говорят, что это стало важно лишь недавно. С приходом общества потребления, отмеченным где-то в 20 веке и поныне.
  Но и раньше видом поясняли за себя, например, шинелью.
  И ведомость обществом:

  
  "Оно, знаете ли, родная моя, чаю не пить как-то стыдно, здесь всё народ достаточный, так и стыдно! Ради чужих и пьёшь его... для вида, для тона; а по мне всё равно..."

  Макар открывается.

  Ратазаяева писанина, как ему любимое, нечто страстное, посылается ей. Делится.
  А чего стоит Пушкинская повесть, в которой он видит себя (и, конечно же, её), даже говорит, что словно всё сам написал, описал, и мол тоже самое чувствует.

  Сам пишет не так красиво, зато от души.
  Уродство девственной красоты - буйствует сатана.
  Вскоре будет лучше. И не только писать.
  Но она заражает его несчастьем.
  Идёт рефлексия.
  Внутреннее желание вечно быть рядом, помогать.
  Понимание, что не способен.
  Последние крохи...
  долги впереди.

  Бедные духом, но не душой. Помогают друг другу даже когда сами в ужасном финансовом положении.
  Только однажды всё закончится.. Счастье закончится, зато кто-то станет счастливее прежнего. И флаг в руки, удачи тебе...

  
  
  а теперь фристайл текст на версус батл

  Король неймдропа, но не Окси.
  Не плачу за чувства,
  беднея с каждой посылкой.
  Рифмы так редки,
  я как Геннадий Айги,
  Тексты - кефир в музее,
  непонятны, но
  они внутри системы.
  Лучший эксперт,
  выше только Anastasia246,
  Критик manowar67 поднял бровь,
  Не Азамат Мустахов.
  Пишу хиты, я - Легенда (Пелевин)
  Гнойный - Салават, а я Пелевин.
  Видишь эту метафору?
  Она с надрывом,
  Словно письма Макара -
  Честны, хоть и наивны.

  
  
  Достоевский выполнил задание на пять с плюсом.
  

  
  
  
  /// настоящий материал (информация) упоминает и имеет отсылки (в т.ч. множество строчек из творчества) на иностранного агента (Фёдоров Мирон Янович "Oxxxymiron"), содержащегося в реестре иностранных агентов.
  

  9

  569