Рецензия на книгу

• 

  marinasoita10 июня 2015 г.

  Я чуждаюсь излишней грубости, может, потому что так воспитали, может, потому что это мой личный выбор, может, потому что я просто ханжа, но причина не так важна — важно то, что есть здесь и сейчас и - что я чувствую при прочтении Буковски. Кстати, парадокс — русских матов я чураюсь как лешего (но иногда их произносят так точно, что это может и восхитить! В общем, обычные двойственные чувства), а вот в английском языке (причем, именно в нем — французские и немецкие не вызывают у меня никаких чувств, слова и слова) слово fuck также вызывает у меня какие-то переживания, классифицировать которые я не могу. Иногда это бывает так метко сказано, что я просто снимаю шляпу перед употребляющим (слово). Так вот Буковски со всеми своими выкрутасами ничуть не вызвал у меня моих стандартных ханжеских переживаний при грязной речи (также как и Генри Миллер)— он просто описывает все, как есть, и в его случае благопристойные словечки вроде «чудак» и «женские прелести» было бы полным враньем, а значит — ничего не стоящими вещами. Искусство не должно давать ответы, но задавать вопросы — что он и делает в своих книгах (до фильмов я не добралась, обошлась оригиналами в виде книг — думаю, так полезней для понимания Буковски, чем пытаться понять его через призму чужого понимания Буковски, хотя это было бы любопытно — взглянуть чужими глазами на его творчество). А если я могу преодолеть язык, который меня отталкивает — значит, я смогла почувствовать атмосферу и то, что за словами стоит — гораздо больше, чем просто значение — их смысл. Буковски сразу напомнил мне Хэма и Фицжеральда — хотя они и разные, совсем, совсем — но их объединяет честность. Меня это подкупает гораздо больше всех этих слов. Хотя он и вносил нотку юмора в свои книги, но это вызывает еще большую горчинку при прочтении — юмор является доказательством понимания происходящих событий, умение пошутить над вещью включает в себя умение понять истинный смысл события и превратить в шутку (но куда денешься от понимания?). И поэтому улыбка скорее горькая, чем радостная — мне кажется, только такая улыбка и может возникать при ощущении величия духа другого человека. Да, алкоголь, женщины, все это безумие — но все это раскраска, занавес, отделяющий зрительный зал — то есть нас, от настоящих чувств и души Человека, который находится за занавесом.

  Удивительно, как человек может повзрослеть у тебя на глазах, но остаться при этом ребенком. Пусть это и переходящий границы ребенок — но чем острее ты чувствуешь отчужденность от мира, от всей этой деятельности молочников, продавцов, почтальонов, кладовщиков, гробовщиков и т. д. - тем ярче видятся доводы сбежать от этого мира. Пожалуй, я была бы не прочь поболтать с Буковски по телефону, будь он жив. Я была бы не прочь поболтать со многими людьми, коснувшимися духа Величия, пусть даже это было мимолетным прикосновением — не знаю, насколько коснулся его Буковски, но что-то бессмертное чувствуется при соприкосновении с его творчеством. Пусть его отец и выкинул все его рассказы на лужайку и выбросил к черту из дома его самого, и миллионы таких же Генри-старших считают его книги порнографией и все прочее, но если он сумел сплести кружево бессмертной атмосферы за своими словами — атмосферы взросления, горя, неудач, глупости, щедрости, доброты и Искренности - он Велик.

  3

  37