Рецензия на книгу

• 

  orlangurus23 апреля 2025 г.

  "— Люблю докапываться до правды, — сказал я. — В этом смысле я весьма старомоден."

  Я впервые ступил на индийскую землю первого апреля 1919 года. В День дураков. Очень символично.

  Так и я ступила в мир этой книг хоть и не в День дураков, но с совершенно неправильным представлением о том, что сейчас буду читать. Надо сказать, что с индийской литературой у меня сложные отношения, а уж индийский детектив - точно новый опыт. Но буквально сразу, решив поинтересоваться биографией неизвестного мне автора, я выяснила, что детектив-то английский. И ещё - что Мукерджи-писателей, и оба, кстати, детективщики, двое: англичанин и американка, оба индийского происхождения.
  Ну ладно, подумалось мне, детектив не индийский, может, даже это даже хорошо. И детектив, вернее, детективная линия, которая для сюжета, безусловно, важна, тут очень неплохая. Расследование убийства белого человека в Чёрном городе, причём не просто белого, а человека с большим будущим, усложняется и политической обстановкой в стране, и тем, что ведёт его человек, только-только приехавший в Индию и не всегда понимающий, по каким правилам тут играют. Наслаивается ещё и непонятное ограбление поезда, где грабители не взяли ничего, даже драгоценности остались у пассажиров...
  Но мне гораздо больше понравилась другая составляющая книги - даже не уверена, что автор не пытался именно её, антиколониальную, более того - антианглийскую, скрыть за кульбитами расследования. Почему так думаю? А вот, в рассказе про одну национально-освободительную группу, с точки зрения англичан - террористическую, мелькает фамилия автора:

  
  Лидером группировки был бенгалец по имени Джатиндранатх Мукерджи, которого местные называли Багха Джатин — Тигр.

  Может, конечно, у бенгальцев Мукерджи - как в России Иванов, а может - предок, отдавший жизнь за свободу Индии?
  Атмосфера Калькутты начала ХХ-ого века нарисована изумительно:

  
  Ничто — ну разве что за исключением войны — не может подготовить вас к Калькутте. Ни страшные истории, которые рассказывают вернувшиеся из Индии джентльмены в заполненных дымом гостиных на Пэлл-Мэлл, ни тексты журналистов и писателей, ни даже путешествие длиной в пять тысяч миль с остановками в Александрии и Адене. Когда вы встречаетесь с Калькуттой, она оказывается гораздо более чужой и странной, чем все, что только способен вообразить англичанин.
  Здесь, в тропиках, где англичанину достаточно неосторожно взглянуть на бутерброд, чтобы свалиться с дизентерией, выбор предприятия общественного питания мог оказаться вопросом жизни и смерти.

  Или вот такое (скажите ещё, что автор пылает любовью к Великобритании!):

  
  Латунная табличка, привинченная к одной из колонн, гласила: «Клуб „Бенгалия“, основан в 1827 году». У входа стоял деревянный знак, безупречными белыми буквами сообщавший:
  СОБАКИ И ИНДИЙЦЫ НЕ ДОПУСКАЮТСЯ

  Сам капитан Сэм Уиндем, воплощение здравомыслящего англичанина, - личность противоречивая: участник Перовой мировой ("Сколько же людей считало, что война будет короткой, что мы придем туда, устроим кайзеру взбучку — и дело с концом. Как будто одержать верх над всей технической мощью Германской имперской армии будет не труднее, чем справиться с метателями копий, с которыми мы с удовольствием сражались в ходе своих колониальных кампаний."), после смерти жены, с которой женаты были несколько лет, а провели вместе от силы несколько недель, от испанки, потерял желание жить. До такой степени, что задумывался:

  
  а не пора ли положить всему этому конец? Это так просто. Пара шагов в темноту — и готово. Холод заглушит боль, и очень скоро все будет позади…
  Тут я вспомнил, как разругался с одним сержантом речной полиции в Уоппинге. И только мысль о том, как он обрадуется, выловив из воды мой раздувшийся труп, заставила меня передумать.
  Таким я бываю мелочным.

  Свою депрессию он попеременно лечит то виски, то опием, но дело своё знает крепко, и отступать от расследования не намерен, несмотря на то, что придётся слегка встряхнуть особ очень высокого ранга. Индию от и ненавидит, и любит - но только не такую, какая у него перед глазами - грязную, затурканную, а такую - с чистыми джунглями, буйной растительностью и весёлыми слонятами, какую представлял себе по книгам Киплинга... Особенно значима для понимания персонажа история его знакомства с Энни Грант, англо-индианкой, бывшей секретарём убитого человека. То, как она не может быть своей ни для белых, ни для индийцев - не ради подобных эмоций ли писалась книга?
  Только спешу ещё сказать, что вся эта колониально-освободительно-философская часть не выделена в отдельные главы или части, она вся - фоном, локациями, беседами между персонажами, совершенно ненавязчиво и к месту.
  Мне понравилась книга, пожалуй, почитаю ещё что-то у автора, если будет - главное теперь с другим, то есть с другой, Мукерджи не перепутать)).

  
  Если человеку светит смертный приговор, я, черт подери, хочу быть абсолютно уверен, что он виновен, прежде чем отправлю его на виселицу. Мы продолжим расследование.

  97

  348