Рецензия на книгу

• 

  elenaki2 июня 2015 г.

  ФЛЭШМОБ-13
  Э.Дорр "Весь невидимый нам свет"

  Странное у меня впечатление осталось от романа «Весь невидимый нам свет». Широко распиаренный, лауреат Пулитцеровской премии. И я даже постаралась не обратить внимание на многочисленные отзывы. Сама, все решу для себя сама.

  Итак, что я для себя решила- одно из двух: или американцам, родившимся после войны, не надо писать о ней книги, или нам не надо их читать. На американцев, жаждущих славы и денег я повлиять не могу, остается второй вариант – не читать. Я вот долго думала, почему так получается, и , знаете, мне по ходу вспомнилась одна фраза, которая часто проскакивает в американских фильмах:«ничего личного». То есть я тебе наплюю в душу, но ты не обижайся. Ничего личного. Я должен был так поступить.

  Вот и вся беда Энтони Дорра, это то, что весь роман « ничего личного». Мне показалось, что для него вторая Мировая, это как примерно для меня война алой и белой розы. Что-то такое слышала, читала, пытаюсь вообразить. И я не могу это читать. Потому что для меня война – это все личное. Это случайно увиденные шрамы на теле дедушки. Это рассказы бабушки об оккупации.Это тяжелое молчание другого дедушки, но его алюминиевая ложка с лагерным
  номером, которой он ел до самой смерти. Это слезы перед экраном монитора, когда я нашла на сайте описание подвига моего деда. Это их награды – тяжелые в прямом и переносном смысле – ордена красного Знамени и Отечественной войны, медали « за освобождение Варшавы» и «Взятие Берлина».

  Слышала такое мнение – мол, война для всех трагедия и у всех она разная. Да, наверное. И я даже могу понять, что для
  французов отсутствие тростникового сахара и невозможность поесть нормального сливового пирога – тоже горе. Посочувствовать вот только мне трудно. Трудно, потому что два месяца назад я закрыла «Блокадную книгу». Трудно, потому что я уже давно прочитала и « В окопах Сталинграда», и «А зори здесь тихие», «Тяжелый песок», « У войны не женское лицо». По сравнению со всем этим книга Энтони Дорра – не то.

  Нет, не совсем уж плохо, он пытался, конечно, что-то осмыслить, особенно видно это на примере Вернона. Но скажите на милость, на кой черт он приплел сюда этот дурацкий алмаз? Драйва не хватило? Это на войне-то ? И немецкий офицер, который охотился за алмазом, показался совсем ненужным персонажем. Убрать эту линию – и ничего не изменится в восприятии романа.

  Тема русских – это отдельный разговор. Они периодически появляются в рассказах, и все время с эпитетом «грязные». Ну да, на войне вообще-то несколько затруднительно принимать душ каждое утро. Еще они характеризуются как «чудовища». И наконец, появляются на последних страницах исключительно ради того, чтобы изнасиловать пару девушек. Кстати, в последнее
  время эта тема всплывает часто, а зачем еще надо было дойти до Берлина?Немцы-то, конечно, ничего такого не делали. И американцы просто гуманно разбомбили немецкие города, не поругав ничью честь.

  Нет, я не закрываю глаза и не отрицаю, что было всякое. Но когда пишут ТОЛЬКО про это, я стерпеть этого не могу.

  Мне всегда казалось, что книги пишутся для того, чтобы через чувства достучаться до разума. То есть как минимум нужны чувства. У меня,конечно, была симпатия к одним героям, и антипатия к другим, но не было такого,
  чтобы я продолжала жить жизнью героев, уже захлопнув книгу.

  У меня сложилось мнение, что современная литература грешит тем, что война становится фоном, таким удачным писательским ходом, чтобы на ее фоне разместить что-то другое. То есть, если посмотреть на роман не как на книгу о войне, а как на историю жизни и взросления двух подростков в достаточно непростых условиях, то его, в принципе, можно читать.

  Не удержусь еще от одного сравнения – вот достаточно молодому австралийцу Маркусу Зузаку удалось создать совсем другое произведение о войне. Может, потому, что он тоже слышал про нее из первых уст? И для него это все было тоже – личное?

  36

  144