Рецензия на книгу

• 

  russian_cat30 марта 2025 г.

  Внутренние демоны

  Эмиль Золя в своем репертуаре. Какую его книгу ни открой, одно можно ожидать с уверенностью: убедительное изображение мерзкой изнанки человеческих душ, торжества внутренних демонов. И почти ни одного положительного героя. Даже хотя бы просто симпатичного, разве что на первый взгляд, а копни чуть глубже – и такое полезет…

  «Человек-зверь» – не исключение. Хотя звери тут, в общем, ни при чем, предполагаю не совсем точный перевод, потому что по смыслу романа, скорее, подразумевается кто-то, кто не может противостоять своим низменным страстям и идет у них на поводу. Один убивает ради наиболее полной власти над женщиной (нет, ему недостаточно, что она и так его безумно любит, ему нужно больше), а потом еще и решает проверить на другой женщине: как, помогло, или все еще тянет убивать? Второй успокаивает убийством оскорбленную гордость. Третий воспылал ненавистью к любовнику своей любовницы (хотя самому изменять жене с этой самой любовницей ничего не мешало), так, что даже сам готов погибнуть, лишь бы и соперника утянуть за собой. Четвертый по-тихому травит жену, т.к. она не соглашается добровольно отдать деньги, полученные в наследство. Пятая готова погубить сотни жизней ради мести двоим. Шестая считает, что убийство целесообразно и даже необходимо, если человек своим существованием мешает ее заветным мечтам.

  
  

  Она пристально взглянула на мужа своими большими глазами, как бы спрашивая, почему же он не умирает, ведь она его больше не любит и его существование является для всех только помехой.

  В общем, компания в книге подобралась крайне «приятная». На этом фоне персонаж, который попытался взять девушку силой, а получив отпор, решил, так и быть, поухаживать, выглядит как будто бы даже адекватным. Относительно.

  Золя предоставит читателю возможность заглянуть в голову каждого из значимых персонажей и «насладиться» тем, что там творится: как человек, которого все-таки сдерживают какие-то моральные устои и инстинктивный ужас перед убийством, постепенно находит себе оправдания, и вот ему уже кажется, что справедливость на его стороне, а жертва сама напросилась, «а чего он(а)». А у кого-то и вовсе интересные выверты психики происходят, вроде того, что убийство он воспринимает нормально, но вот деньгами убитого ни за что не воспользуется, он же не вор, как можно.

  Общая атмосфера дополняется завистью, сплетнями, мелкими интригами, злобным подглядыванием в щелку и подслушиванием у соседских дверей. После романа хочется выдохнуть, потому что продолжаешь верить, что все-таки вокруг тебя вот это всё, хоть и встречается, но не в такой концентрации, иначе лучше сразу удавиться.

  Есть в книге и элементы производственного романа, они у автора встречаются почти в каждом произведении, причем из самых разных сфер, от вышивания до финансов. В данном случае это будут железные дороги. Золя показывает работу этой «системы» изнутри, погружает читателя в трудовые будни машиниста и кочегара (и это производит мощное впечатление, в тех условиях-то), начальника станции и железнодорожного сторожа, а паровоз, которым управляет один из главных героев, и вовсе выведен совсем как живое существо, женщина со своим характером и судьбой.

  Конечно, не обойдется и без политики, которая тут тесно переплетается с судопроизводством. Жертва преступления – уважаемый человек, но если начать раскапывать детали, то придется предать огласке неприглядные подробности его жизни, и некоторые политические группировки будут крайне рады. Ни к чему это, пусть уж лучше дело остается нераскрытым.

  Довольно любопытно понаблюдать и за расследованием. Судебный следователь не лишен профессиональной гордости, и ему очень хочется раскрыть дело, хотя бы и для самого себя, даже если ему не позволят довести его до суда. Но притом есть у него склонность к самолюбованию и уверенность в том, что он-то уж выведет на чистую воду кого угодно. Выстроив для себя логичную, как ему кажется, картину преступления, он старательно «подгоняет» под нее факты, свидетелей и подозреваемых. А любые показания, которые идут вразрез с теорией, ему кажутся ложью и хитростью. Кто же виноват, что преступники не всегда действуют с той безупречной логикой, которую нарисовал себе следователь? Впрочем, в данном случае это не имеет значения, ведь кого, в общем-то, интересует истина?

  Надо сказать, что цикл «Ругон-Маккары» я читаю без всякого порядка, как в голову взбредет (это, если не ошибаюсь, восьмой прочитанный роман у меня). Но отметила для себя одну вещь: кажется, что в более ранних романах Золя использовал больше описаний, та же «Карьера Ругонов», по ощущением, состоит из них чуть ли не полностью, что меня сильно утомляло при чтении. Нисколько не умаляю мастерство автора, но очень устаю от описания каждой складочки на ткани. А в более поздних вещах, к которым относится и «Человек-зверь», их (описаний) как будто бы становится меньше, а нравится мне это, соответственно, больше.

  Но концовка у романа, как и всегда, зрелищно-театральная, зная Золя, можно не сомневаться, что она будет именно такой. Впрочем, ничего не имею против, но не первый раз отмечаю, что финал, являясь кульминацией всего происходящего в романе, при этом как бы противостоит его общей реалистичности и натуралистичности, тут уж автор не отказывает себе в спецэффектах.

  А читать Золя, конечно, продолжу, хотя это и так понятно, глядя на список прочитанного=)

  78

  704