Логотип LiveLibbetaК основной версии

Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Рецензия на книгу

Марь

Татьяна Корсакова

  • Аватар пользователя
    Glorio_za29 марта 2025 г.

    Зыбко и зябко!

    "МАРЬ"
    "Снег не таял. Снег бугрился, перекатывался, как песчаные барханы в пустыне. Или не барханы перекатывались, а что-то огромное перекатывалось под ними? Медленно, едва заметно глазу, вздымалось снежными волнами. Другой человек не заметил бы, но Стеша смотрела: до слёз, до рези в глазах всматривалась, как под снежной шкурой болота извивается, нечто огромное, нездешнее. Как сама эта шкура нервно взрагивает, как тапорщатся чёрные былинки, словно вставшая дыбом шерсть и чахлые ели выстраиваются рядком, обозначая спрятанный под снежной шкурой хребет"

    Совсем недавно я вышла из Вечного Леса Елены Ершовой — "Медвежье молоко", и так уж вышло, зашла в Вечное Болото Татьяны Корсаковой. В таинственный и пугающий мир топи — "Марь".
    Великая Марь — то ли рыбы, а то ли змея, возможно просто реликтовая тварь, а возможно божество, ни кто не знает, ибо ни кто не видел. История ее укутана мрачными легендами и пронизана неизбывной любовью "МАри" к детям своим.

    Начну с того, что слог автора великолепен, красочен, но ни какого словоблудия и излишнего кружева красивостей нет и в помине. Каждое слово на своем месте и погружает в выцветший, как на старых киноплёнках фильм, мир "МАри", окутывающий дымным туманом, укачивающий на зыбкой почве, тревожащий тишиной!
    Идеальный баланс сюжета и его
    подачи. На этом можно было бы закончить восхваление, но я хочу поделиться впечатлениями.

    Сюжет лежит в двух временных отрезках, разделённых восемьюдесятью годами. В одном, девушка Стеша с сестрёнкой Катей после гибели матери являются к единственной родственнице бабе Марфе, проживающей на границе болота в домике, который на самом деле является форпостом, отделяющим мир живых от мира болот, тоже между прочим, живых. В другом отрезке, чёрный копатель Арес и его наниматель Стэф едут на это же болото, где в годы войны бесследно пропала немецкая экспедиция карателей.

    Истории выстраиваются параллельно. И если бы текст не был выделен курсивом, плюс едва заметная смена стиля, я бы перекатывалась из одной ветки в другую не замечая этого.

    Рассказать сюжет внятно, не выболтав все на корню, у меня, наверное, не получится. Он ограничен двумя ветками и, рассказывая об одной, непременно вскроешь другую. По этому попробую "между струйками". В истории нет накрученных до взрыва эмоций, неожиданных поворотов за ради удивления читателя, он логично выстроен и немного медитативен, но не в коем разе не скучен. Он атмосферный, вдумчивый, глубокий, таинственный, как болото. Где под слоем сфагнума, может быть грязь, а может вода, или, возможно, чьё то тело. Но все это вызывает не острые эмоции, а желание отползти подальше.

    Героев и саму Марь автор прописал настолько полнокровно, объёмно и харАктерно, что все они стали почти осязаемы.
    Старая ведьма, холодная к своим внучкам, не желающая видеть их в своём доме — Марфа. Стеша — пытающаяся принять бабушку такой, ради сестры, потому что идти им некуда. Катюша — переставшая говорить после смерти матери. Блаженный Серафим — слышащий голос болота. Стэфан — которого приводит к болоту купленная на аукционе старая фляжка. Арес — чёрный копатель, шедший сюда из любопытства и ради наживы. Фон Лангер — готовый поступиться всем, убить, лишь бы коснуться МАри (кстати Марь от слова марево). И конечно, само болото, с его марёвками, дымниками и болотными псами.
    Все они трансформируются, меняются и открывают свои тайны.

    Про кого история? Про всех, ведь у каждого персонажа и события есть свое место в повествовании. Все вместе они дети МАри. Но больше всего меня поразила история бабы Марфы и ее сестры. Кто она? Заглянув вместе со Стешей в болотное оконце, я увидела историю молоденькой Маши и повествование обрело завершенность.

    И хоть финал, казалось бы, расставил все по местам, но автор повесил новое ружьё и я очень надеюсь, что и оно однажды выстрелит.

    8
    261