Рецензия на книгу
Таис Афинская
Иван Ефремов
viktork20 мая 2015 г.Необыкновенная гетера Таис и грёзы об Уранополисе…
Книги И.Ефремова – это именно Фантастика, а не соцреалистические опусы о буднях советских людей, строителей коммунизма или исторические повествования, опирающиеся на куцый набор чудом сохранившихся текстов и памятников древности.
В этом ракурсе довольно комичными выглядят упреки в том, что античная история была другой, а в 1960-е годы жили не так.
Кого то привлекает, а кого-то , наоборот, отталкивает взгляд Евремова на любовь, на значение Эроса. Откуда это?
Продолжает, к примеру, распространяться слух, будто Иван Антонович, называющий сам себя Эрф Ромом пропагандировал на самом деле идеи … фрейдо-марксизма, так и пишут: «Мир Ефремова – это ожившие мечты последователя т.н. Франкфуртской школы и лично Эриха Фромма».
«Какой бред!» – эта первая реакция.
Потом, понимаешь, что этот анекдот про «Фромма» кочует с сайта на сайт не просто так. Что сказать здесь? Вопрос нуждается в уточнении. Мне кажется, что прав карельский фантаст Андрей Козлович (специально изучавший творчество Ефремова и написавший по нему любопытный сиквел «Темное Пламя»), отрицающий отождествление Фромма и Эрф Рома. Здесь нужен, конечно, анализ текстов и документов, но, рассуждая логически, что, помимо созвучия, что может быть между ними общего: общегуманистические благие пожелания? Или требования сексуальной свободы? Сходство чисто внешнее, но сомнения возникают. Не исключено, что в 60-е годы Ефремов мог читать и даже разделять некоторые положения представителя одиозной франкфуртской школы (в Париже студенты эти идеи пыталась воплотить на практике; нельзя исключать того, что и до нас что-то долетело). Но ведь взгляды Ивана Антоновича по поводу человека, его любви и свободы сформировались еще в 40-50-е годы. О чем говорят, например, его неопубликованные повести, посвященные Эросу, любви скульптор к прекрасным танцовщицам в древней Элладе и современной писателю Индии. Потом, в значительно адаптированной форме эти сюжеты перекочевали в «Лезвие бритвы» и «Таис Афинскую». А в роковые сороковые и пятидесятые годы, много ли могло проникнуть в СССР из-за «железного занавеса»? И как значителен был эффект «испорченного телефона»!
Пуристы, с которыми ИАЕ яростно боролся , никак не переведутся. Вод один «критик» пишет: : «Ведь мы живём не в мире мечтаний Ефремова, в котором торжество фрейдомарксистских «ценностей» предопределено. Ещё не поздно выгнать наглых пришельцев с нашей планеты, и построить своё общество, не прибегая к решетчатой трансформации индивида, половому воспитанию в школах и тотальному психологическому контролю. Ведь у нас уже есть опыт построения такого общества. И это советский опыт»
Что и требовалось доказать: хамовитый критик Ефремова – «генетический совок» – и это не лечится. У некоторых даже Колымой и Беломорканалом. А приписывание взглядов Фромма Ефремову и взваливание на писателя ряда эксцессов современной педагогики – это тоже следствие совкового мировоззрения.
Или вот сексуальная свобода. Здесь путь по «лезвию бритвы». Ефремов никогда не призывал к распущенности. Он ратовал именно за свободу Эроса. Надо помнить, что свои взгляды Ефремов развивал в стране, где люди были часто лишены возможности нормального общения между полами, элементарных бытовых условий, средств гигиены и пр. Таков «советский социализм», «у нас секса нет». А войны и концлагеря! Вот, скажем, в книге о Л. Гумилеве описано¸ как – 12 лет за проволокой, без женщин. В Туруханске тысячи репрессированных женщин – без мужчин. Ведь у нас уже есть опыт построения такого общества. И это советский опыт».
И на этом ужасном фоне ранние, не опубликованные при жизни повести Ефремова «Каллиройя» или «Тиллотамма» кажутся прекрасными сказками (воистину, «как в сказке»). Нужно же было что-то противопоставить подворотне, мату, лагерным извращениям и пуризму официальной пропаганды, распущенности «нового общества», сменившейся лицемерными запретами.
Да, Иван Ефремов в своих книгах много рассказывал о прекрасной любви между людьми… И это писалось в стране, где в результате войн, террора и «строительства новой жизни» десятки миллионов мужчин и женщин на долгие годы были лишены нормального общения друг с другом. Есть ли более сильное доказательство противоЕСТЕСТВЕННОСТИ социализма – это даже страшнее, чем «колхозы». И на фоне этого анти-природного безумия сказочные истории о прекрасных гетерах и апсарах («сказочные» не в смысле вранья, а «как в сказке»). Психологическая компенсация?7140