Рецензия на книгу

• 

  Uchilka25 марта 2025 г.

  Гигиена убивает привидения

  – А если причина – не любовь?
  – Не может быть, синьор. Только не в Вероне!

  "Жвачка и спагетти" не просто забавное название, это кулинарная метафора, окрашивающая особыми оттенками красок борьбу двух культур: американской и европейской (в данном случае итальянской). Шарль Эксбрайя, автор детективных романов в юмористическом стиле, в этот раз выбрал своей мишенью древний спор Старого и Нового света. Главный герой его книги - криминалист-теоретик из Соединенных Штатов Сайрус А. Уилльям Лекок (чувствуете намёки?) отправляется в тур по Европе с целью изучить методы работы местных структур уголовной полиции. Закономерно, что ему, выпускнику Гарварда, большому специалисту по юридическому праву и приверженцу строгого научного подхода, мало где понравилось. Среди стран, сыскные команды которых произвели на него приятное впечатление, предсказуемо оказались Нидерланды и Германия, а среди разочарований, конечно же, Франция и Испания. Под конец своей командировки этот типичный янки, высокий и белокурый, подтянутый и аккуратный, ярый приверженец строгих правил во всём, прибывает в итальянскую Верону, город Ромео и Джульетты.

  Здесь местный начальник полиции в шутку перепоручает Сайруса самому экстравагантному инспектору - комиссару Ромео Торчинини (а вот и другое говорящее имя). И тут для усиления противопоставления героев просится небольшое лирическое отступление в виде описания Ромео. Позволю себе процитировать дословно:

  
  Невысокий толстяк с курчавыми волосами, с торчащими нафабренными усами, с огромным перстнем с печаткой на правой руке, с кольцом, украшенным ярким камнем, на левой, одетый в изысканнейший черный костюм, строгость которого умерялась белизной пикейного жилета, обутый в ослепительные лакированные туфли с гетрами незапятнанной же белизны, в пышном галстуке, сколотом чудовищной подковой, на которой сверкали три-четыре жемчужины, и в тугом воротничке.

  Представляете, как заискрили отношения между героями? Строго по Пушкину: лёд и пламя. Разница в культурах и соответственно разногласия начались сразу же.

  
  

  • Сигару?

  
  – Спасибо, я не курю.
  – Как, неужели? Мне говорили, что американцы эксцентричный народ, но... не курить! Как же вы коротаете время?
  – Мы работаем, господин комиссар.
  – Да ведь я тоже работаю, но это не мешает мне курить! Ладно, в конце концов, дело вкуса, а? Садитесь, прошу вас!

  Кооперация, как можно понять, не задалась сразу же. Господин из Америки никак не хотел понимать итальянскую культуру, образ жизни и особенно эти жуткие методы расследования преступлений, которые практикуют местные полицейские. В то время, как за американцами вся мощь технологий и науки: лаборатории, химикаты, различные специалисты, структурированные записи, строгие допросы, за итальянцами же лишь сиеста и любовь. Есть отчего прийти в отчаяние твердолобому педанту.

  
  – Вы знаете, комиссар, что уже одиннадцать?
  – Да ну?
  – Да. Не кажется ли вам, что пора бы начать следствие?
  – Начать? А до сих пор что мы, по-вашему, делали?
  – Ничего.

  Верхом недоумения стало посещение морга. Мало того, что он выглядел так, как будто сюда приходят приятно провести время, так полицейские ещё и ведут там себя совершенно странным и диким для американца образом. В итоге, когда

  
  Появился труп, и Лекок решил, что из трех присутствующих веронцев покойник самый приличный.

  Но самое непостижимое начало проявляться в общении американца с веронцами. Он вдруг стал с ужасом замечать, что ему сочувствуют, его жалеют, что он родился не в Вероне, что он лишен всех земных радостей! И что никогда, никогда не понять ему всю ценность жизни!

  
  Двое итальянцев смотрят на него примерно так, как его бостонские сограждане на алабамских негров – с презрительной снисходительностью.

  В общем нелегко придется Сайрусу Лекоку. Дело ещё будет осложняться тем, что в Штатах у него осталась богатая и родовитая невеста, на которой тот просто обязан жениться, если хочет красиво и правильно продолжить свой род. Но Верона с её образом жизни и красивыми девушками и сюда вносит свои коррективы.

  Что касается непосредственно детектива, то он, конечно, слегка теряется за всем этим великолепием. Расследование бегает по кругу из четырех подозреваемых. Круг этот естественным образом в конце разрывается и невидимый герой выходит из тени. Не скажу, что было неожиданно. У меня подозрения относительно личности преступника были с самого начала. Поэтому, к счастью, в этом романе было на что еще посмотреть, отвлечься и развлечься. Именно в последних целях стоит читать "Жвачку и спагетти".

  И напоследок ещё чуток цитат, характеризующих атмосферу города.

  
  Мы живем, чтоб любить, быть любимыми или страдать от несчастной любви.
  Они живы, вечно живы, и окажись вы сегодня вечером, на склоне дня, в каком угодно квартале нашего города, вы увидите бесчисленных Джульетт, спешащих на свидание с бесчисленными Ромео.
  Ночь в Вероне – это занавес, который Бог подымает и опускает, но спектакль происходит за занавесом. Сейчас я покажу вам актеров, ибо играет весь город, но каждый сам себе актер и зритель.

  47

  217