Рецензия на книгу

• 

  Miku-no-gotoku22 марта 2025 г.

  Продолжаю знакомиться с трудами датского религиозного философа Сёрена Кьеркегора. Данная книга опубликована в 1843 году под псевдонимом Иоханнес де Силенцио (Иван Молчальник по-нашему). Здесь он продолжает рассматривать проблематику выбора из «Или – Или» и развивает её в контексте истории Авраама и его сына Исаака из Ветхого Завета. Здесь он уже применяет диалектические категории Гегеля и с ним заочно дискутирует. Как сам автор в начале поясняет, многие считают диалектику Гегеля сложной, а историю Авраама — очень простой. Сам Сёрен считает, что практически полностью понял диалектику Гегеля, а историю Авраама считает очень сложной.

  Согласно Библии, Бог призвал Авраама принести своего любимого сына Исаака в земле Мория на одной из гор во всесожжение. Авраам повиновался, и в три дня пути они взошли на гору. Взойдя на гору, Исаак был связан, и Авраам занёс над ним огонь и нож, но появился ангел, и произошла замена жертвы. Это история подчинения Богу, в которой решил разобраться автор. Собственно, это не единственная история в Библии: есть история Иеффая, который предал во всесожжение свою единственную дочь после победы над аммонитянами. Есть ещё история Еврипида из Греции, где Агамемнон приносит в жертву свою дочь Ифигению. Автор сравнивает эти истории и считает историю именно Авраама самой сложной.

  Авраам совершает высший акт веры, преодолев противоречия парадоксом, выйдя из этического в эстетическое, возвысившись из всеобщего в рамках веры на уровень единичного. Ещё в «Или – Или» мне показалось, что Кьеркегор является предтечей идеи «Сверхчеловека» Ницше. Здесь уже Авраам вышел за пределы этического и эстетического, став рыцарем веры. Авраам видел противоречие в своём поступке: его жертва не была всеобщим долгом перед народом во имя спасения, в отличие от Иеффая и Агамемнона. Он любил своего сына, и его поступок отказа мог быть понят в рамках дилеммы этических и эстетических противоречий. Это противоречие он устранил актом веры, который ему воздался. Чтиво тяжёлое, перечитывал несколько раз.

  Опять же, на данный момент верующим не являюсь, но в целом именно входящие в противоречие с общественными нормами, иногда и с формальной логикой акты доброты и обнаруживают истинных рыцарей веры, а то и рыцарей доброты, если не присваивать монополию на мораль исключительно верующим.

  Рекомендуется для исследующих вопросы религии и морали.

  46

  321