Рецензия на книгу

• 

  nata-gik17 марта 2025 г.

  Отравленный Юг

  Знаете, иногда я задумываюсь, а не выпендриваюсь ли я? При прочтении действительно сложных произведений. Не лукавство ли это – мои восторги, понимание, высокие оценки? Но истина познается в сравнении. И вот оно, то самое сравнение. Четвертый роман Фолкнера. И первый, который я не оценила. Который мне кажется слишком усложненным там, где это не нужно. Который я поняла, но не приняла. Который я осилила, но не пропустила через себя. Роман, который не отозвался. И кажется, именно ввиду своей сложности.

  Хотя многие читатели скажут, что это произведение не сложнее того же "Шума..." или "Света в августе". Но в тех романах я слышала разные голоса. Даже скорее души. Это были еще более глубокие потоки разных сознаний. Здесь же почти все время повествование одного героя другому. Не ход мыслей, а слова. Артикулируемые слова. Но люди так не говорят. Точнее, когда люди ТАК говорят, ты их почти не слушаешь. Это те самые даже уже не пьяные, а похмельные разговоры на кухне в 6 утра после бурного празднования. Когда рассказываются истории, свои или чужые. Когда ты говоришь вслух, но будто сам с собой. Перемежая слова сигаретой и глотком возможно уже остывшего чая. Когда-то давно мне казалось, что в этих разговорах появляется истина и Откровение. Но теперь я так не думаю. Все это пустое.

  Вот так для меня и прошел этот роман – пустыми словами. Хотя история действительно эпичнейшая. В кои то веки я бы хотела, чтобы роман великого писателя переписал кто-то попроще. Сделать линейную или трехпоколенческую сагу. Ну вот например Филипп Майер - Сын – в такой структуре. У Майера получилась бы не менее мощная сага, но про немного другой регион и не с мексиканцами, а с рабами и потомками рабов. Это история с детективным, драматичным сюжетом. Но потерявшая свою силу из-за вовлеченных, ограниченных умом или психическими проблемами рассказчиков.

  Вы знаете, прочитав уже несколько романов из Йокнапатофского цикла понимаешь, почему этот роман написан, "рассказан" так. Ну вот эти люди именно так бы рассказали эту историю. И это роман не Фолкнера, а Квентина, по сути. Который переживает близкие к проблематике истории Сатпенов чувства. Темное крыло инцеста веет над обеими этими историями/семьями из-за общего знаменателя – Квентина. Но мне бы хотелось верить, что для самого автора этой проблемы не стояло. И чтобы не было уже второго его большого романа "об этом".

  Но вот что важно, и что вновь и вновь показывает, что Фолкнер гениален – на самом деле история оказывается не совсем тем, чем кажется. Сначала подспудно, но потом все громче и громче звучит в этом романе главная нота, Тяжелая и темная. Нота расизма. И даже не та, которая про белые колпаки и кнуты на рабских спинах. А та, которая заставляла людей убивать и кончать жизнь самоубийством. Та, которая звучала в ушах каждого человека, который на мгновения сомневался в своем генеалогическом древе. Вот это ужас, конечно. Которому, мне кажется, места было мало и строк мало. То, что разумные даже люди творят из-за 1/16 доли "не той" крови – это не может иметь оправдания. И не имеет под собой логики. Ну то есть, какой развод крови считается достаточно "белым"? Что за идиотская гомеопатия? Как вообще люди серьезно могли вот про такое думать?

  Знаете, такое ощущение, что этот роман сам немного стыдится своей основной темы (не хочу предполагать, что это автор стыдится). И прикрывается страстями про брат-сестра, престарелый мужчина и совсем юные девушки, старая дева, отказавшаяся от единственного мужчины. Вот эти все около-сексуальные темы будто пытаются отвлечь внимание читателя от того, что все эти "благородные" и трепетно чувствующие южане - просто гребаные расисты, вымеряющие по граммам кровь любого человека. И мне просто жаль, что "Авессалом..." – не роман об этом.

  17

  307