Рецензия на книгу

• 

  sandy_martin10 мая 2015 г.

  Все мы знаем, что писатели - "инженеры человеческих душ", что "словом можно убить, словом можно спасти" и не раз чувствовали это на себе. Любое событие можно подать в том или ином свете - не привирая, не умалчивая, а просто используя разные художественные и языковые средства. Вроде бы автор этой книги не забывает о том, что должна быть объективность и что жестокость на войне была с обеих сторон, но при этом в одном случае он изображает горы безликих трупов и несчастных сломленных войной убийц, а в другом вспоминает о чувствах жертв (сдержанность в описании насилия делает это описание еще более бьющим по эмоциям, чем давление на жалость, которого тут нет) и, хоть насильники и описаны довольно жалкими, парой абзацев выше он не забывает назвать их "зверями". Но формально автор описал жестокость с обеих сторон.
  Я не хотела начинать рецензию так, но эти мысли вызвала во мне финальная часть книги. Нет, я не считаю, что не стоит писать о страданиях народа Германии, - народ любой воюющей страны страдает, но почему-то не от всех описаний у меня возникает такое ощущение, какое есть от этой книги, - что автор в одной воюющей стороне видит какую-то непонятную массу, а другой сочувствует. Нет такого ощущения, например, в "Книжном воре", который мне до поры напоминала книга "Весь невидимый нам свет" (хотя по языку книга гораздо проще - а хуже это или лучше, каждый определит сам). А здесь... такое чувство, что автор считает, что сочувствовать оставшимся без кроликов и каплунов французам нужнее, чем убитым белорусским партизанам или пленным, бредущим по ледяной дороге босиком.
  Но если отвлечься от этих моих чувств, вызванных моим культурным кодом, к книге нет особых нареканий. Мне нравятся такие приемы, как параллельное повествование в разных временных пластах или от разных лиц, а тут присутствует и то, и другое. Правда, название все никак не укладывалось в голову, придумывалось другое - "Невидимые миру слезы", и мне кажется, оно тоже подходит.
  Книга, в общем-то, о безвыходности. О ее преодолении или - не-преодолении. Слепая французская девочка и немецкий сирота, обреченный на ту судьбу, которую ему предпишет государство. У каждого есть свой талант, который они пытаются проявлять, невзирая на обстоятельства. Оба не могут действовать самостоятельно и в кульминации каждый попадает в западню. Хотя по сути они попали в нее задолго до того. Они двигаются друг к другу и не могут не столкнуться (принцип "Доктора Живаго").
  Поначалу мне казалось, что автор слишком увлекся антуражем. Игрушечные домики, драгоценные камни, самодельные радиоприемники, тайники. Немец-охотник за сокровищами, который должен вызывать какую-то жалость. Нагнетание саспенса в духе приключенческих книг. Но возможно - в такой упаковке будет проще донести мысль до кого-то, кто не хочет читать сложные и тяжелые книги. Написано интересно, без провисов в повествовании, неплохим, на мой взгляд, языком и весьма кинематографично.
  Конечно, потом через антураж начинают пробиваться ростки. Призраки убитых, которых видит Вернер - и которые еще с прошлой войны посещают Этьена. Сопротивление, которое сперва похоже на игру, и только потом становится понятно, как оно важно. История Фредерика, соученика Вернера - пусть и несколько штампованная, но тем не менее показательная. Так понемногу автор сбивает красочный налет приключений и демонстрирует то один, то другой ужасающий кусок мозаики. При этом нет пафоса, нет нагнетания. Это хороший прием, когда повествуется о детях во время войны - восприятие всего как должного. Оно просто происходит, потому что какая-то сила извне заставляет его происходить. Неотвратимо и неизменно.
  И смерть в этой книге не романтична и не героична. Она просто есть. И не найти в ней справедливости или какого-то глубокого смысла - откуда? Это же смерть. Это же война.

  20

  118