Рецензия на книгу

• 

  AppelgateNurserymen20 февраля 2025 г.

  О жизни староверов в Забайкалье

  Под псевдонимом Ильи Чернева писал Александр Андреевич Леонов, 1900–1962 гг.
  "Семейщина" - роман о жизни староверов.

  
  Пригнала семейщину царица Екатерина с далекой Ветки, из-под города, кажись, Гомеля, от самых польских земель, за Байкал, в горы да степи, к Хилку и Селенге, на край света…. Полторы сотни лет с той поры минуло, — может, больше, а может, и меньше, — кто считал…
  И за что натерпелся народ? За старую веру, за старые книги, за двуперстие муку приняли, — шли покойно, а зловредным никонианцам не покорились. Крепки в вере! Целыми родами, большими семьями везли их сюда, за многие тысячи верст, царевы слуги, — оттого и стали они, люди старой веры, прозываться семейскими

  В центре повествования - семья Ивана Финогеныча. Было у него два сына - Дементий и Андрей, да дочь Ахимья.
  А началось все с того, что Иван Финогеныч разочаровался в жизни села.

  
  Так бы и жить никольцам в сытости, в согласии, в старой вере, без вина, без лихованья. Ан нет: потянулся народишко на прииска, на какую-то Лену, на Олёкму, за золотым бесовским песком — богатства невесть какого захотели.

  Не нравилось это Финогенычу, поскольку рушились старые устои. Семейские пристрастились к пьянству да обогащению. Оставил Финогеныч двор на сыновей, а сам на дальний Обор уехал.
  Но жизнь идет вперед семимильными шагами... Сыновья Финогеныча подлаживались под новые обстоятельства. Андрей так и остался парнем, готовым ради своих отдать последнюю рубаху, чего не скажешь о Дементии. Забрался он, конечно, высоко, и семейские по большей части его уважали, но по сути... Вообще дальнейшие поступки Дементия поражали. Преступил он закон, и не раз, чтобы самому в выгоде остаться. И с отцом поступил мерзко. Особенно при разделе имущества... Как же низко пал человек ради наживы... И управы на него не было, некому было старика защитить.
  Во второй книге интересно было прочитать о том, как семейские приняли первого учителя Евгения Константиновича Романского, как были против внедрения образования. Первый сход старейших изрядно потрепал ему нервы. Здания под школу не было, нужна была большая изба, содержать учителя должны были сельчане. Трудно Романскому было противостоять дремучести. Много провокаций было, советская власть рлбко, малыми шажочками пыталась внедриться в семейскую среду.
  В третьей части затрагиваются времена, когда власть советов вошла в свою силу, пошло полным ходом раскулачивание и образование колхозов. Но разве семейские могут работать на общее? Они - хозяйственники, потому без козней опять не обойдется.
  Но все мы знаем, что коллективизация и индустриализация неизбежны.
  В целом произведение понравилось. Немного подкачала вторая часть, но общую картину это не испортило.
  Советовать не буду, произведение на любителя. Мне пришлось по душе
  

  22

  360