Рецензия на книгу

• 

  reader-503020918 февраля 2025 г.

  "Первая любовь сродни привороту. Очень тяжело от нее избавиться, следы от нее, как от ветрянки, остаются на всю жизнь."
  И хорошо, если это следы в виде приятных воспоминаний, навевающие легкую ностальгию и нотки лирической грусти. Но что если эти следы словно острые осколки разбитого стекла, по которым идешь босиком и каждое знакомое место равнозначно шагу боли.
  Нужны ли такие следы или лучше смыть их речной водой, как будто и никогда не было? Но только "у воды есть память. И у леса есть память. Корми их счастьем, а не горим. Ты же теперь возненавидишь то, что любила, и убежишь. От себя в первую очередь."
  Читая книгу, я периодически осознавала, что побаиваюсь главную героиню Славку. Один из героев книги сравнивает ее с другой героиней автора Мариной из "Анасеймы". Но несмотря на стихийность, для меня они разные.
  Марина хоть и может стать морской бурей, все-таки мягче, более обволакивающая. Славка же лесная. Она дикая, необузданная. И любовь у нее такая же. У нее не было примера ни знакомых, ни родителей, ни тем более подружек. Поэтому любовь ее сродни первозданной, первородной, прочувствованной на уровне инстинкта.
  От того, слишком непредсказуемым было для меня ее поведение. Я ни разу не смогла предугадать тот или иной ее шаг или ответ. А сны Славки какие? Они наполнены страхами, воплотившимися в обтекаемую форму. В некоторых моментах было очень неуютно и тревожно находиться в этих снах. И я не уверена, что будь я на месте Славки, захотела бы увидеть самые потаенные страхи других людей. Это как будто примерять на себя чужую боль.
  Гораздо понятнее и ближе мне был Крис. Да, Славку я понимала умом. Но Криса я понимала сердцем. Во мне отзывались даже все его не самые красивые поступки. Хотя каждому поступку я находила или разумное объяснение или объяснение, которое меня устраивало)) Да и по сути благодаря Крису Славка перестала быть дикой Маугли и начала раскрываться. Как видим, не каждый пацан на такое был способен.
  Вообще первая часть о детстве Криса и Славки самая добрая для меня, самая солнечная. Когда еще они друг для друга по сути бесполые, их дружба не отягощается симпатией. Они просто проживают эту жизнь, заключенную в отрезке времени под названием "лето", исследуя и находя новое.
  Очень жесткий персонаж Баба Люба. Я по началу прониклась к ней симпатией, думала - вот она приучит Криса к самостоятельности и научит деревенской жизни. По сути научила. Но то, чем сопровождалось это обучение вызывает вопросы и пугает пострашнее монстров из снов. "Страшнее всего на свете - люди, которые зло не считают злом". Удивительно, как легко Крис воспринимал отсутствие какого-то хоть малейшего участия со стороны бабушки. Принял правила игры, не жаловался родителям. Наверное и правда в детстве проще подстроиться к вынужденным обстоятельствам.
  Обычно мне хочется докопаться до сути и понять, почему человек стал таким, но в случае с бабой Любой этого не хочется делать, только желание скорее забыть этого персонажа с ее кроликами, нутриями и еще кое-чем пострашнее. И Вадика-урода ей невозможно простить. Хоть в случившемся нет ее прямой вины, но ее обращение с ним это та косвенная вина, которая может и страшнее прямой.
  Кстати о вине. Помимо любви вина занимает в книге чуть ли не ключевое место. Вина, которая сжигает изнутри, поедом ест, захватывая с каждым днем все большие части твоей души. "Вина страшнее любого страха, боли и потери. Она убивает". И самое страшное не то, сможет ли тебя простить другой человек, а сможешь ли простить ты себя сам. И если не получается и продолжаешь казнить себя день за днем, надежда только одна - на руку помощи кого-то из близких. Только они смогут вытащить тебя из этого состояния, но только при условии, что ты сам будешь хотеть.
  Еще важной я вижу тему ненависти. Такой, когда то, что у тебя внутри, может достать до другого и причинить вред. И неважно, есть ли у тебя такой дар, как сеять проклятье, нет его - сила ненависти разрушительна и страшна. "В ненависти нужно быть гораздо осторожнее, чем в любви. В любви, наоборот, нужно рисковать, прыгать с разбегу, надеясь, что тебя поймают В ней нет полумер. Или все, или ничего."
  Если бы я думала над тем, как охарактеризовать эту книгу, то взяла бы слово "головокружительная". И за Криса, занимающегося слэком, и из-за видов, которые дарит хай-лайн, и конечно из-за чувств героев, бурных и распахнутых настежь.
  "Тогда она впервые поняла, что обнаженное счастье другого человека соблазнительнее распахнутого настежь подсознания".
  И хоть Крис мне ближе и роднее казался, а написать захотелось все же о Славке.
  Лесная
  Диким ветром, порывистым, страстным и рьяным
  Обнимала тебя я до дрожи в руках.
  Я по лесу бродила, тебя ожидая
  И терялась в тревожных, неведомых снах.
  Я плела снов узоры искусно, умело.
  Только свой я соткать, увы, не смогла.
  Я любила отчаянно, горько и смело,
  Раскрывая в полете два янтарных крыла.
  Я шептала: летаю, я, слышишь, летаю,
  Но незаметно я падала вниз.
  Мне ведь казалось тебя уже знаю,
  Я - навсегда, а не детский каприз.
  С пропасти тоже ведь можно подняться.
  Я поднимусь, ты уж в это поверь.
  И воспарю высоко в поднебесье,
  Для тебя оставляя приоткрытую дверь.

  1

  34