Рецензия на книгу

• 

  PatteChatte23 апреля 2015 г.

  В Америке бывают такие метаморфозы.

  И шо вы знаете за Америку? Шумный Нью-Йорк? Деловой Вашингтон? Звёздный Лос-Анджелес? Вы бывали в маленьком американском городке? Вы обкатывали на фордовской машинке Соединённые Штаты вдоль и поперёк? Знакомились с индейцами, беседовали с простыми рабочими, болтали с хичхайкерами, встречали самого Генри Форда? Нет? Тогда вы ничего не знаете за Америку!
  А вот Ильф и Петров в конце 1935 начале 1936 года проделали всё вышеперечисленное и даже намного больше. Они и расскажут вам за Америку.

  Книга очень объемная – не по количеству страниц, а по втиснутой в эти страницы информации. Тут и пейзажи, и знакомства, и факты, и впечатления. Я разобью эту рецензию на несколько основных пунктов и напишу обо всём понемногу.

  Итак, Америка – одноэтажная, но многоликая. Америка радушная хозяйка, Америка жестокая материалистка, Америка контрастная, Америка красавица, Америка техническая, Америка электрическая (от посудомоечной машины до электрического стула), Америка дружелюбная, Америка дикая и Америка услужливая. Все грани США выставлены на наш суд благодарными наблюдателями, господином Ильфом и господином Петровым.

  Дальше...

  Пейзаж. Плюйте на все эти 3, 4, 5 и т.д. – D эффекты. В этой книге ощущение полного присутствия. Мегаполисы или пустыни, водопады или каньоны, городишки или пещеры – всё такое насыщенное, яркое, живое. Вот честное слово, будто я там побывала вместе с сатириками. Наверное, лучше и не описать, разве что увидеть собственными глазами.

  Люди. А ещё истории. Десятки историй самых обычных американских людей. Да, Ильф и Петров встречались с Фордом, Хемингуэем, Вильямсом, но их истории мы знаем. Гораздо интересней жизни незнакомцев, случайных попутчиков. Мистер Робертс, который потратил все свои сбережения на лечение жены, солдат морской пехоты, человек в красной рубахе – единственный белый, которого приняли индейцы, и много других – собственных и пересказанных жизней. Свою любимую историю я процитирую в конце.

  Устои. Америка такая разная. Привыкаешь к одной жизни, но сдвинься чуть южней, северней, восточней, западней – и встретишь совсем другие обычаи. Гордые индейцы, которых сохраняют как диких зверей в резервациях. Негры (тогда афроамериканцев ещё не было), которые вроде бы свободные и равные другим, но жить рядом с ними, обедать рядом с ними белым людям. Увольте! Негры, которые не могут подняться выше швейцаров и домработниц. Сейчас, конечно, уже не те времена. А ещё люди, которые устраивают свои жизни по обстоятельствам – переезжают с места на место в поисках работы, выстраивают кэмпы и газолиновые станции, селятся вокруг маленьких заводиков или живут взаймы. Но есть одно связующее звено – сервис. Он везде на высоте. Это непререкаемая традиция США: клиент всегда прав, клиент всегда доволен, хоть пляшите, хоть пойте.

  Семейка Адамсов. Ох, эти чудесные мистер и миссис Адамс – я их обожаю! Всё-таки наших авторов нельзя назвать полноценными персонажами – они только глаза и уши. А вот рассеянный умный говорливый мистер Адамс и любительница скоростей Бекки Адамс – главные герои, которые знакомят читателей с Америкой. Ведь мы, сэры и мэмы, ничего не понимаем, а чтобы узнать, что такое Америка, нужно прочитать вот этот плакат, послушать вот этот рассказ и непременно увидеть секвойи. Как без них то? В общем, без Адамсов «Одноэтажная Америка» была бы не той. Очаровашки!

  Голливуд. Прекрасный, но бездушный Голливуд. Однотипные фильмы, злющие студийные боссы, которые снимают то, что наверняка «съедят», и частенько зарезают хорошие глубокомысленные сценарии. И ничего не изменилось. Разве что сейчас этим грешит кинематограф большинства стран: movie – business – money – no soul.

  И всё-таки. И всё-таки это госзаказ. Задача его ясна: написать о том, что в Америке неплохо, но в СССР намного-го-го-го лучше. Ура, социализм! Фу, загнивающий капитализм! Словами самих авторов:

  
  [Америку] интересно наблюдать, но жить в ней не хочется.

  Но надо отдать должное Ильфу и Петрову – насчёт США они не врут, пусть подмечают чуть больше минусов, чем плюсов, но минусы эти честные. Жизнь в кредит, жестокость и требовательность общества потребления, заразность рекламы, беспощадная деловитость и прочее, об этом больше всего сказано в предпоследней главе.

  Но есть и плюсы, и они тоже справедливые. Добродушность и обязательность американцев, их точность и тщательность их работы, американские технологии и ещё много чего (включая гладкие дороги). Об этом:
  

  
  Все-таки это сервис, не правда ли? И знаете, сэры, что я хочу вам сказать еще? Я хочу вам сказать, что это страна, в которой вы всегда можете спокойно пить сырую воду из крана, вы не заболеете брюшным тифом, - вода всегда будет идеальная. Это страна, где вам не надо подозрительно осматривать постельное белье в гостинице, - белье всегда будет чистое. Это страна, где вам не надо думать о том, как проехать в автомобиле из одного города в другой. Дорога всегда будет хорошая. Это страна, где в самом дешевом ресторанчике вас не отравят. Еда, может быть, будет невкусная, но всегда доброкачественная. Это страна с высоким уровнем жизни.

  Ругают авторы не самих американцев, а капиталистический строй. В противовес ему тут же идут похвальбы строю коммунистическому. Вот здесь Ильф и Петров здорово перегибают палку, но так, видимо, требовала партия. Самим авторам я не могу предъявлять претензии, они старались остаться максимально объективными.

  Но кое-что всё-таки мозолит глаза. Судя по книге, большинство встреченных путешественниками американцев, коммунисты, но скрывают это, боясь кары всевидящего дяди Сэма. Кроме, конечно, Аль-Капоне – этот гад только тем и занимается в тюрьме, что строчит яростные антикоммунистические письма. Но что я говорю, вот вам несколько цитат.

  
  

  Увидев, что мы приехали из Советского Союза, патер сделался ещё любезнее.
  – Я тоже коммунист, – сказал он…

  – Ай эм большевик! – крикнул бывший миссионер на прощание…

  Убедившись в несправедливости капиталистического строя, молодой человек не ограничился чтением приятных, возвышающих душу книг, сделал все выводы, пошел до конца, бросил богатого папу и вступил в коммунистическую партию. Сейчас это партийный работник...

  В тюрьме Аль-Капоне пописывает антисоветские статейки, которые газеты Херста с удовольствием печатают.

  Вывод. Прочитать «Одноэтажную Америку» - это как прочитать несколько книг разом. В ней можно найти всё, коротко о главном. Конечно, многое не покажется нам удивительным. Электрические домики мистера Рипли у нас повсюду, «ужасы капитализма» тоже до нас добрались, и мы можем оценить, насколько правдиво они переданы. Не знаю как там, в Америке, сейчас, я не была, но думаю, что многое не изменилось, и если вы хотите узнать об американской действительности и американском менталитете вам сюда.

  И напоследок, как обещала, моя любимая история:
  

  
  – У индейца каким-то образом оказался небывалый капитал – двести долларов. То ли он продал скот, то ли нашел на своем участке немножко нефти, только деньги у него появились. И он решил торговать. Он отправился из пустыни в ближайший городок, закупил на двести долларов разных товаров и привез их в свое родное кочевье. Представьте себе индейца, занимающегося коммерцией! Ведь это был первый такой случай в истории племени навахо. Торговля пошла довольно живо. Но вот я заметил, что мой друг-индеец стал торговать несколько странным способом. Меня это так поразило, что я сперва подумал даже, что он сошел с ума. Он, видите ли, продавал свои товары ровно за такую же цену, какую заплатил за них сам. Ну, тут я принялся втолковывать другу, что так торговать нельзя, что он разорится, что товары надо продавать дороже их цены.
  – То есть как это дороже? – спросил меня индеец.
  – Очень просто, – ответил я, – ты, скажем, купил вещь за доллар, а должен продать ее за доллар двадцать.
  – Как же я продам ее за доллар двадцать, если она стоит только доллар? – спрашивает меня этот коммерсант.
  – В том-то и заключается торговля, – говорю я, – купить дешевле, а продать дороже.
  Ну, тут мой индеец страшно рассердился.
  – Это обман, – сказал он, – купить за доллар, а продать за доллар двадцать. Ты советуешь мне обманывать людей.
  Тогда я ему говорю:
  – Это вовсе не обман. Ты просто должен заработать. Понимаешь – заработать.
  Но с моим другом-индейцем сделалось что-то странное. Он перестал вдруг понимать самые обыкновенные вещи.
  – Как это – заработать? – спросил он.
  – Ну, оправдать свои расходы.
  – У меня не было никаких расходов.
  – Но ты все-таки ездил в город, покупал, привозил, работал!
  – Какая же это работа! – сказал мне индеец. – Покупать, привозить. Это не работа. Нет, что-то ты мне не то советуешь!
  Убедить его не было никакой возможности. Как я ни старался – ничего не вышло. Он был упрям как бык и твердил все время одно: «Ты мне советуешь нечестное дело». Я ему говорю: «Это торговля», а он мне говорит: «Значит, торговля – нечестное дело». И, представьте себе, он продолжал торговать так же, как и начал, а вскоре и совсем бросил это занятие. И закрылось единственное у племени навахо коммерческое предприятие с индейским капиталом.

  5

  75