Рецензия на книгу

• 

  Alissalut25 января 2025 г.

  Я вдруг открыла для себя Флобера. Я не очень люблю произведения, наполненные сарказмом. Но сарказм сарказму рознь. Бывает сарказм самовлюбленного индюка, который всех окружающих видит в собственном кривом зеркале. А бывает сарказм как маска иронии над самим собой, над своими слишком сильными чувствами, даже не своими, потому что ты уже далеко не тот, кто эти чувства испытывал. Эта ирония – как способ защиты, ведь так нелегко искренне писать о любви. Ведь, как говорит сам автор:

  
  …глубокие чувства похожи на порядочных женщин; они страшатся, как бы их не обнаружили, и проходят через жизнь с опущенными глазами.

  А Флобер пишет. И пишет прекрасно. Если познакомиться с биографией писателя, то окажется, что через всю жизнь Флобер пронес безответную страсть к жене французского издателя Мориса Шлезингера — Элизе Шлезингер.
  И в романе главный герой Фредерик всю жизнь не может не думать о госпоже Арну. Он убегает от нее к другим женщинам, утоляет с ними страсть, даже на какой-то срок неожиданно для себя становится отцом, почти женится, но это почти так и остается незавершенным действием.

  Немало места в романе автор отводит событиям буржуазной революции, и сам Флобер вернулся в Париж в 1848 году для участия в Революции. Однако, книга наполнена разочарованием и гибелью идеалов. Дюссардье, один из немногих, если не единственный положительный герой, гибнет от руки своего бывшего друга Сенекаля, с которым они вместе начинали революцию, и вдруг оказались по разные стороны.
  Впрочем отношения и к политикам и бизнесменам автор не скрывает:

  
  Было много седых голов и париков; то тут, то там лоснился голый череп; лица, багровые или очень бледные, хранили на себе следы страшной усталости — все это были люди, принадлежавшие либо к политическому, либо к деловому миру.

  Флобер мастер психологического описания. Одним – двумя предложениями он умеет раскрыть и характер персонажа.

  
  Показались огромная голова Дюссардье, его всклокоченные волосы, маленькие доверчивые глазки, приплюснутый нос — черты, чем-то напоминавшие морду добродушного пса.

  Или

  
  и, наконец, знаменитый Пьер-Поль Мейнсиюс, последний представитель высокой живописи, который с бодростью нес не только бремя славы, но и свои восемьдесят лет и огромный живот.

  Я растягивала роман, растягивала, но он все-таки внезапно кончился.

  19

  1,1K