Рецензия на книгу

• 

  veveiva23 января 2025 г.

  «Чудовищно, — вскричал я, — убивать человека, чтобы сказать тра-та-та!» «Чудовищно, — откликнулся Вильгельм, — убивать человека и чтобы сказать Верую во единаго Бога...»

  Прочитанное мной первое произведение в новом году, уверена, задаст ход новому циклу моей жизни, читательской жизни, думаю, тоже. Умберто Эко и его "Имя Розы", перевод Елены Костюкович. Пока что я не могу точно понять, как этот роман отразится на моей личности, но он точно стал ещё одной моей "Римской империей". Забавный каламбур с империей выходит...

  Когда думаешь об этой книге хочется сказать обо всем и сразу, мысли путаются в клубок тайн, библейских мотивов, разгадок и таинственных смертей. Пожалуй, сначала стоит сказать о названии самого романа. Что за пресловутое "Имя Розы"? Про какую Розу хочется спросить автора шла вообще речь? Забавно, что сам писатель в своих Заметках на полях «Имени розы» пишет:

  
  Заглавие «Имя розы» возникло почти случайно и подошло мне, потому что роза как символическая фигура до того насыщена смыслами, что смысла у нее почти нет... Название, как и задумано, дезориентирует читателя. Он не может предпочесть какую-то одну интерпретацию. Даже если он доберется до подразумеваемых номиналистских толкований последней фразы, он все равно придет к этому только в самом конце, успев сделать массу других предположений. Название должно запутывать мысли, а не дисциплинировать их.

  Сказать честно, ровно до последней строчки романа я и не вспоминала о названии, была полностью и бесповоротно поглощена самим сюжетом, разворачивающимся на страницах этого крупного томика.
  Теперь, когда раздумываешь над книгой, можешь попытаться понять, к чему всё это уводит. Если "Роза" - это всё и ничего, то она отлично подходит размышлениями минорита Вильгельма, нашего дорогого детектива, расследующего это дело. Имя дали люди предметам, как позволил им Бог. Так почему же Имя не может даться книге так, чтобы сразу значить всё и ничего. Здесь, как и в самом содержании Семантика стоит выше Семиотики по иерархии. Обозначен смысл, знаки подставь сам.

  Ладно, отойдем немного от лингвистических вопросов и понимания смысла. Но немного! Просто в другую сторону))) Должна поблагодарить своего преподавателя по дисциплине "Теория перевода", которая как раз и посоветовала мне господина Эко. Помню этот день. Мы проходили средневековый перевод и его проблемы, в особенности то, что все знания были сосредоточены в монастырях. Страницы "Имени Розы" как раз вещают нам об этом, но об этом поздне. Сначала хочется сказать в принципе об этой книге как о прекрасном переводческом шедевре. Ведь перед нами косвенный перевод с латыни на итальянский, с итальянского на русский. Как человек, который немного знаком со сложностями перевода с латыни и феномене полисемичности её словаря, я восхищена работой обоих лингвистов. Как и обилием языков в самой книге. Латинский, арабский, греческий, старофранцузский и старогерманский, немецкий, английский, итальянский, естественно, ну и наречие простецов. Все это многообразие не может не восхищать, согласитесь! В особенности понимание, что 14 век не так уж сильно и различен с 21, даже не беря в расчет то что роман написан в 20 веке.

  Как много умов всегда жило, живет и будет жить на этой планете...и как много они ещё унесут с собой в могилу, так и оставив тайны нераскрытыми? Интересный, глобальный вопрос. Злободневный как никогда. Как много тайн сокрыты от простого человека за "семью печатями"? Сотни, тысячи? Кто уж знает... Но мы можем взглянуть на последствие такого сокрытия и столкновения его с безудержной жаждой знания. Это и происходит в некогда богатейшем аббатстве, известного своей благодетельностью и огромной библиотекой, укрытой даже от самих монахов своего ордена. Сладострастие, которое обуревало жаждущих получить запретное знание, привело к смерти шестерых монахов. Конечно, дело не только в извечной тяге к неизвестному. Тут скорее стоит присмотреться к теме сладострастия.

  Людей в романе губило именно оно - страстное желание чем-то или кем-то обладать. Например, молоденьким послушником, или крестьянской девчонкой, или книгой, которая считается даже не вышедшей на свет... На самом деле, достаточно интересным оказался факт мужеложства в католических монастырях, хотя и давно уже раскрытый. Мужчины, давшие обет безбрачия, но не сумевшие обуздать свои страсти считая, что совершить нарушение своего обета с мужчиной это не то, это другое. И ведь каждый знает и каждый молчит, ведь в глубине души им обуревают дикая зависть и желание высвободить кипящие глубоко внутри страсти.

  
  Дьявол — это не победа плоти. Дьявол — это высокомерие духа.

  Дальше можно поговорить о самой вере, мы ведь в монастыре и повествование ведется от лица старого монаха, записывающего свои воспоминания. 14 век изобиловал спорами о сущности Иисуса Христа, его апостолов и их положения. Мы видим столкновение разных направлений католической церкви, готовых друг друга подвести под священный огонь инквизиции. А ведь ведьм сжигали в то время сплошь и рядом на каждом углу, на каждой площади. Борьба с неверными! Борьба с ересью!

  
  Любая борьба с ересью предполагает именно эту цель: заставить прокажённых оставаться прокажёнными.

  Я не причисляю себя к верующим, поэтому смотрю на любую религию, как на творение рук человека, его искусство. И самые известные из них ужасают. Христианство, например, со всеми своими ответвлениями. Кто эти люди, следующие заветам Отца господа Бога. Согласно их же вере они распяли собственную мессию, что может быть абсурднее. А после они смеют поклоняться распятому идолу и убивать друг друга споря о том был ли божественный сосуд богачом или бедняком. Религия и ереси лишь ещё одно творение человека для того, чтобы наживаться одному и поддавать остракизму другого. И мне кажется в романе это вполне четко видно. По крайней мере мне.

  
  Что такое любовь? На всём свете ни человек, ни дьявол, ни какая-нибудь иная вещь не внушает мне столько подозрений, сколько любовь, ибо она проникает в душу глубже, нежели прочие чувства. Ничто на свете так не занимает, так не сковывает сердце, как любовь. Поэтому, если не иметь в душе оружия, укрощающего любовь, - эта душа беззащитна и нет ей никакого спасения.

  Любовь... Что ж, в книге она больше похожа именно на сладострастие и, вероятно, в разрезе религии и монашеских орденов это логично, но по факту, здесь любви не было. Той самой чистой яркой и всепоглощающей. В романе, боюсь, мы видим только страсть и желание обладать, причем обладать единолично. Ничего схожего с тем возвышенным чувством, которое даёт силы жить, просыпаться по утрам и достигать высот. И образ женщины... Поражает с какой жестокостью эти люди относятся к женскому полу, хотя именно женщина родила каждого из них и именно женщина родила им Иисуса Христа, божественного сына. А сами они говорят:

  
  Женщина — сосуд диавола...

  Много, что можно сказать об этом капитальном произведении. Но наверное тут стоит пока остановиться. Побольше осмыслить, продолжить узнавать информацию об авторе, переводчике, героях. Это восхищает на самом деле, каким объемом информации необходимо обладать, чтобы понимать хотя бы часть текста. Да приходится гуглить, зато каким восторгом сопровождается каждый кусочек полученной информации, который можно осмыслить и, надеюсь, когда-нибудь передать.

  С любовью, ваша В.

  46

  893