Рецензия на книгу
Властелин мира
А. Беляев
Neradence22 января 2025 г.Абсолютная, но бессмысленная власть
Последний раз я так давно встречала произведения Беляева, что помню о них только то, что они существуют. А тут как-то неожиданно наткнулась на роман, который не читала, и вдруг всколыхнулось чувство ностальгии. Хотя есть определённый риск в том, чтобы трогать за выступающие части книги, которые нравились ещё во времена школы, иногда это может быть занятным опытом. Ну или забавным.
Честно сказать, даже не уверена, по какой категории в результате для меня прошёл "Властелин мира". Но, по крайней мере, это не было совсем плохо, что радует - никакого опасного разочарования своей подростковой любовью, а то случается всяческое."Властелина мира" с чистой совестью можно назвать очень социальной фантастикой, потому что по большей части весь роман рассказывает о человеческих драмах, и какой-то там фантастический фон их лишь несколько оттеняет. Как и в любой уважающей себя трагедии, герои здесь страдали бы в любом случае, просто в какой-нибудь альтернативной форме, и проблема всего их печального коллектива в том, что жизнь они себе сломали задолго до вмешательства Штирнера. И продолжали бы увлечённо ломать и с его помощью, и без, просто из любви к искусству.
Глобальный сюжет начинается ярко - то ли с убийства, то ли с несчастного случая, произошедшего с банкиром, который попал под поезд из-за того, что ему под ноги метнулась собака. Погибли оба, а четвёрка основных героев, являющаяся личными помощниками Готлиба, внезапно оказалась в центре какой-то безумной драмы о наследстве, где младший брат хочет всё, племянник считает, что у него это всё уже даже есть, а завещание говорит, что ничего нет.
Натурально, чистая семейная трагедия же.
И все грызутся, ругаются, мечутся по инстанциям, оскорбляют друг друга и мечтают как-нибудь тихо придушить оппонента, чтобы поправить своё материальное положение.Лишь очень изредка проявляются какие-то странности в их поведении, и только тогда смутно читатель начинает подозревать, что во время опытов с животными, изучая работу их мозга, Штирнер что-то всё-таки открыл, что может менять человеческие мысли, и как-то становится поживее. Потому что довольно быстро Штирнер теряет берега и решает перекроить мир под себя, чтобы все вокруг делали то, что он хочет, чтобы его любили, чтобы ему поклонялись и чтобы несли ему славу, деньги и почёт на блюде, а он всё это благосклонно принимал.
И как будто сначала всё даже идёт в рамках этого гениального плана: он и женится на женщине, которую хотел, и банком управляет с успехом, и газеты про него пишут, и в целом жизнь - сплошной успех. Вроде бы. Но тут-то Штирнер и понимает, что а ничего его не радует.
По итогу вся его драма в том, что он хотел, чтобы его любили, но добился он лишь того, что любил сам себя через внушение окружающим. Что характерно, примерно того же результата он мог бы добиться, скорее всего, простым сколачиванием большого капитала, без всякого управления мыслями, был бы также окружён роскошью, печалью и женой, которая на самом деле терпеть его не может.И, наверное, в этом и есть несомненная литературная величина "Властелина мира", как и другой классики, необязательно фантастической: именно в плане описанной жизненной истории - это до сих пор крайне актуально. Вся эта тоскливая возня между людьми с любовными треугольниками и заламываниями рук, "а я хотела, чтобы меня любили, но не ты, или, может, всё-таки ты, хотя я передумала, а мне, а так, а не так, ах, как я несчастна, ах, как я несчастен, ах, как же нам жить", постоянными переобуваниями в полёте, несчастными браками и одновременным несчастьем вне этих браков - такая же правдоподобная реальность и спустя сто лет. Дай людям волю и инструменты, они обязательно сделают какую-нибудь дичь, пострадают от этой дичи, впадут в депрессию от всего, что сделали, закатят драму и пойдут менять всё со следующего понедельника, после чего опять наступят на те же грабли.
Моя личная проблема в том, что мне просто не особенно интересен именно социальный аспект, я в принципе не люблю про личностные отношения читать, а здесь-то на них - основной акцент.
Но мне зато очень понравились куски про биржу, вот там было прямо хорошо, торговые войны и игра на акциях - это, пусть и не слишком фантастично, но увлекательно.Всю дорогу меня необыкновенно раздражала Эльза, потому что она представляет собой какой-то типичный макгаффин, который всем нужен, но непонятно, зачем и почему. В принципе, на протяжении всего рассказа про неё известна буквально единственная черта - она красивая светлоглазая блондинка. Даже Эмма, персонаж скорее третьестепенный, имеет какое-то внутреннее наполнение, она глупенькая, но жизнерадостная, у неё есть какие-то, пусть и схематичные, намёки на выстроенный характер, тогда как Эльза просто есть, она стоит посреди романа, как манекен в витрине, а мужчины вокруг неё прыгают. Чего она хочет? Что она думает? Что ей нужно? Чего с ней все так носятся? Зауэра она за что полюбила - за то, что он симпатичный? Ну выходит, что да, потому что к финалу Эльза в разговоре с удивлением обнаруживает, что Зауэр, в общем-то, тот ещё скот. А то не было заметно прямо с порога, ага.
Эта восхитительная наблюдательность, конечно, добавляет в её образ глубины и смысла. Не ту героиню там все по ходу пьесы считают дурой, совсем не ту.
Главного то ли героя, то ли злодея Штирнера скорее жаль: несчастный и озлобленный на весь мир человек, которого сначала жизнь пинала, потом - научный руководитель, а под конец - женщина, в которую он влюбился и которой не хватило мозгов быть чуть-чуть потактичнее. То, что у него крыша потекла на этом фоне, не слишком удивительно, хотя способ вымещения обиды он выбрал, конечно, интересный и весьма социально опасный. Впрочем, он это и сам под конец понял, так что какую-то арку осознания и превращения Штирнер целиком прошёл, пусть и несколько более без потерь, чем я бы предполагала в концепции справедливого возмездия.
В отличие от Эльзы, у которой света в голове так и не зажглось. "Я хотела, чтобы ты ушёл, но ты ушёл, и я больше не хотела, и вообще, ты ушёл не так, теперь вернись", ну вот что это такое.
Вменяемый там один Качинский, который радостно трогает свои радиоприёмники, и всё у него прекрасно. И жизнь у него нормальная, и семья здоровая, и коллеги адекватные, и самореализация успешная, и страдать ему некогда.С другой стороны, если б все были такими же уравновешенными и внятными, сюжет бы просто не произошёл, никто бы не использовал насаждение своей воли в корыстных целях и не устроил бы хаос.
Но наиболее общий вывод, который я сделала по прочтению - осознание, что всем участникам не помешал бы доктор, который мог вправить каждому из них мозги на место. Они бы тогда вместо страданий занялись чем-нибудь созидательным сразу, а не спустя двести страниц.Финал, на мой вкус, очень слащавый, хотя в своей основе этот жизнеутверждающий посыл "наука сделает нам всем хорошо" мне очень нравится. Совершенно не верится в концепцию исключительной ответственности перед обществом, когда все такие самоконтролирующие и осознанные, никто никому не вредит, а кто вредит - того перевоспитывают, и он тоже становится очень осознанным, но как красивая мечта о светлом будущем во всеобщей гармонии - красиво.
Особенно меня почему-то порадовало, как среди основных достижений перехода на "мыслеобщение" Беляев прописал оптимизацию производств. Прелесть же.Роман местами совсем наивный и довольно простой что по своей структуре, что по стилю написания, однако за счёт этого он легко читается, поэтому в качестве приятной книги на полтора вечера он мне вполне подошёл. А ещё в нём периодически юмор хороший попадается, там и авторский текст шутками не брезгует, и персонажи. Несмотря на свой почтенный возраст, "Властелин мира" всё ещё очень неплохо воспринимается, за счёт того, что фантастика тут скорее средство в истории, чем определяющая основа, он вообще очень хорошо состарился - человеческая природа особо не меняется уж сколько тысячелетий, так что и читать про неё можно без оглядки на прошедшее время.
В целом, пусть меня и не слишком впечатлило, но чисто сферически в вакууме - книга хороша. Беляев заслуженно стоит на своём месте классического фантаста, я в этом убедилась, хотя и явно не стану перечитывать другие его книги.19264