Рецензия на книгу

• 

  JackieReed4720 января 2025 г.

  Недостаток эмоциональной близости – одна из ключевых тем романа «Голод» Светланы Павловой. Так, тридцатилетняя Лена заполняет внутреннюю пустоту, формируя ненужные и удушающие связи: пытается впечатлить неприступную начальницу, восполняя недостаток материнской заботы, и остается с мужчиной, который может предложить ей только быстрый неловкий секс в подсобке. Героиня разбирает делегированные задачи и пишет тексты для кошачьего корма или пенсионерских мероприятий, чтобы на заработанные деньги заказать новое постельное белье и прочие радости жизни, а еще отложить на ипотеку. Разве не все так живут? Ночами Лена устраивает безумные фуршеты, чередуя вафли и пиццу, хинкали и мороженое. Лена страдает булимией. Женщин она оценивает исключительно по параметрам фигуры, а к себе предъявляет самые жесткие требования. Лена терпит токсичный коллектив и гадкого тренера, послушно ходит к психотерапевтке, считает калории, голодает и снова набирает вес, работает сверхурочно и не может найти покой – словом, все ее мысли заняты только одним: достижением стерильного совершенства. Лена уверена: благодаря идеальному телу без растяжек, прыщей и жира можно получить долгожданные призы – счастье, любовь, тотальное одобрение. Еще немного – и победа будет достигнута. Только гонка не заканчивается, жизнь проходит, а любви нет – ни к себе, ни к другим. Остается послать все к черту, сожрать шоколадку и пообещать с понедельника сесть на диету. Снова.

  
  «Осмеливаюсь посмотреть прямо в упор на своё тело – распаренное, оттого будто размякнувшее. Особенно придирчиво – то место, где впиваются в бока трусы – тёткин фасон, хлопчатобумажные, с бантиком у пупа и резинкой, призванной сдерживать плоть. Я вижу только рытвины целлюлита и шмат кожи, переваливающийся через ткань словно опара из таза».

  Погружаясь в текст романа, сразу хочется отметить особую откровенность и дерзость: Лена называет вещи своими именами, приправляя короткие, хлесткие предложения вычурными прилагательными и метафорами: «всамделишное обличие», «плодящиеся в геометрической прогрессии чаты», «барское феодальное душко», «диарейный поток сознания». Героиня периодически «кислеет лицом», а «вспарывающий тишину опенспейса звук уведомления «Слака» вызывает физическую тошноту, пока «горит пепел дедлайнов». Роман Павловой скроен на совесть: языковые особенности позволяют оценить наблюдательность и черный юмор рассказчицы, а уставшие москвичи, заваленные дедлайнами и кредитами, задают ритм тексту – вокруг Лены кипит жизнь, нужно действовать быстро, зарабатывать больше и чаще выкладывать фотки в соцсетях. «Голод» переполнен неологизмами: Лена скроллит ленту, ходит на свопы, строчит сообщения в саппорт и записывает войсы. Вокруг мелькают вполне достоверные детали московской жизни: скрины из «Тиндера» для чата с подружками, клининг, курьеры-мигранты с доставкой продуктов, абонемент в фитнес-клуб. Лена соглашается на офисное рабство, чтобы обеспечить комфортную жизнь, но никакого удовлетворения не достигает и с ужасом ждет вечера воскресенья: «Увы, я не выбираю свободу».

  Свободы в «Голоде» нет ни у кого: оказываясь в группе поддержки, Лена узнает истории других девушек и понимает, что а) она не одна; б) каждая прошла через боль и унижение ради призрачного одобрения и обещания любви. Ирина перепробовала все диеты мира, Настя пьет кислоту для разгона обмена веществ, племянница Серафимы похудела до 34 килограмм и умерла от гриппа, а Вероника носит парик, потому что у нее больше не осталось волос, более того, «рвотный рефлекс притупился настолько, что вместо двух пальцев она использует карандаш или проволоку». Навязчивое недовольство собственным телом, саморазрушение и отсутствие эмоционального тепла – вот общее место, один диагноз, тысячи историй, сотни искалеченных судеб. Чтобы понять, почему девушки здесь оказались, нужно копнуть в семейную историю, поговорить о бесконечных внушаемых стандартах и социуме, одержимом потреблением и погоней за достижениями.

  Воспоминания о нападках одноклассников, грубости матери, которая не умела выдерживать дистанцию и оказывать поддержку, и соседке по парте с аккуратными туфельками, такой чистенькой и выбеленной, позволяют понять, как образовалась та гнетущая черная пустота, из которой Лена пытается выбраться. Переписка с бабушкой – бриллиант текста, делающий кульминацию романа трогательной и светлой. Лена преодолевает ненависть к себе с помощью поддержки и участия других людей. Этот путь требует открытости и умения строить контакт, причем в основе новых отношений, построенных на взаимном уважении, – знание глубокой внутренней правды и умение защищать свои интересы.

  Роман перенасыщен упоминаем еды, вещей, заказов, но все эти бесконечные разговоры, встречи в «зуме», поездки и зарплаты не утоляют первородный голод, не утолят никогда. Единственное, что поможет обрести цельность, – принятие уязвимости и сострадание к себе. Символизм финала невозможно переоценить, поэтому когда Лена открывает мамины огурцы в пустой астраханской квартире, просто потому что ей так хочется, у читателя останется надежда на исцеление, обретение любви, чудо. Пожалуй, так и должна работать хорошая история.

  11

  365