Рецензия на книгу

• 

  Unikko3 апреля 2015 г.

  Подражание Сервантесу
  Глава I и единственная,
  в коей приводятся глубокомысленные замечания одного знаменитого испанского писателя о книгах некоего Борхеса

  Любезнейший читатель! Ты и без клятвы можешь поверить, как хотелось бы мне, чтобы этот отзыв, плод моего разумения, являл собою верх красоты, изящества и глубокомыслия. Но, увы, отменить закон природы, согласно которому всякое живое существо порождает себе подобное, не в моей власти. Я много беру на себя при своих слабых силах, но кто властен наложить узду на мысли? Мне хочется ещё обратить внимание дражайшего читателя на то обстоятельство, что если я дерзнул говорить о книгах доброго друга моего Борхеса, значит, они заключают в себе какую-то тайну, невообразимую силу.

  С великим вниманием и сосредоточием прочитал я рассказы достославного сеньора Борхеса и остался потрясён ими до глубины души. Подробно обсудив с автором сюжетные замыслы и изящество слога, хочу сказать вам, сколько я понимаю и могу судить, писатель сей благоразумный, образованный и даровитый. Рассказы, им созданные, достойны внимания по двум причинам: во-первых, они отменно хороши сама по себе, а во-вторых, все они обличают в авторе великого искусника и мудреца. Истории его о бессмертных и мёртвом, Заире и ягуаре, царях и лабиринтах, фантастических происшествиях и таинственной реальности - случаи столь невероятные, что способны удивить, обогатить познаниями, усладить и развлечь самые высокие умы.

  Вот только, как доподлинно известно каждому мастеру слова, книги надлежит писать, упрощая невероятности, сглаживая преувеличения и приковывая внимание, писателю должно изумлять, захватывать, восхищать и развлекать любезнейшего читателя. Здесь же нередко можно прочитать нечто подобное: «в диаметре Алеф имел два-три сантиметра, но было в нём всё пространство вселенной, причём ничуть не уменьшенное». Или, например, такое: «я увидел некое высочайшее Колесо; оно было не передо мной, и не позади меня, и не рядом со мной, а повсюду одновременно».
  Над подобными оборотами самый просвещённый читатель сломает себе голову, силясь добраться до смысла сих непонятных слов, хотя сам Сократ, если б он нарочно воскрес для этого, не распутал бы их и не понял.

  Но довольно; засим молю бога, дабы и тебе он послал здоровья, и меня не оставил. Да поможет он мне терпеливо снести всё дурное, что будут говорить об этом отзыве наши тонкие и привередливые критики. Vale.

  15

  178