Рецензия на книгу

• 

  NatashaSmolina97713 января 2025 г.

  Трудности с ЦА

  Ох уж этот стокгольмский синдром, да еще и от книги. Да, давненько я не могла оторваться от текста, спрашивая при этом себя, зачем его читать? У меня что, других дел и непрочитанных книг нет? Я что, люблю, когда надо мной беспрестанно смеются на протяжении почти шести ста страниц? Или в моей душеньке неожиданно открылась великая любовь к историческим анекдотам?

  Получается, да.

  Потому что дела обстоят именно так: перед нами очень большой анекдот, прикол, если хотите, завернутый в антураж пост-наполеоновского времени с многочисленными революциями, реформациями и прочими брожениями. И поводов посмеяться – и над кем! – невероятное количество. Тут и всевозможные социальные явления, и исторические персонажи – все они сливаются в этом безудержном балагане, все они выставлены шутами и шутихами на потеху читателям.

  Но и сами читатели занимают весьма двойственное положение. С одной стороны, они – зрители, которые слой за слоем вскрывают историю, наблюдают за творящейся вакханалией с подлогами, подставами, раздвоением-нераздвоением личности, ненавистью и похотью. Ах да, еще романтизмом. Симонини, хоть и тот еще негодяй, является романтическим героем, не признающим никого, кроме себя, главным во всей истории. Он – творец, хоть его творение отвратительно. Он – бунтарь, который на самом деле не разделяет дискурс общества, хоть и действует согласно ему.

  И в этом слое истории наступает момент, когда автор смеется уже над читателями. Все, что вы читали до этого, все, что он вам рассказывает – ложь. Вас обманывали нелицеприятными героями, нелицеприятность которых специально выпячивалась на передний план, вас обманывали длиннющими цитатами якобы одних авторов, которые на самом деле принадлежали перу другим, о чем тут же сообщалось, вас обманывали отвратительными и безумными подробностями отвратительных и безумных месс – вас обманывали все время со всех сторон. Над вами смеялись – но смеялись – ведь признайтесь, смеялись – и вы. Над всеми этими именами, названиями, антисемитизмом и рождением конспирологических идей – веселились от души. А когда поняли, что главный шут это вы, засмеялись еще громче.

  Или не поняли. Или поняли, но не засмеялись.

  В этом моменте открываются основные трудности в преодолении книги.

  Самое маленькое неудобство заключается в том, что у всех людей разное чувство юмора. Кому-то не понравится юмор в происходящем на страницах, кому-то – юмор над ним самим. Более серьезная преграда, вынуждающая меня задаваться вопросом, для кого, собственно, книга и была написана, заключается в историческом контексте. Его надо знать.

  Надо знать исторические события и их предпосылки, чем отличился тот или иной действующий герой, какие труды он после себя оставил, что мы можем в исторической перспективе утверждать о нем на самом деле. В общем, подразумевается хорошее образования в определенных областях, хотя читатели могут быть профессионалами совсем в других сферах и из-за этого не понять всю соль шутки. А Умберто не всегда будет помогать разобраться, где смеяться, он будет давить и топить, топить и давить, наваливая и наваливая события, в которых можно заблудиться.

  И я не скажу, что читать Пражское кладбище было легко. В момент так не казалось, но стоило выдохнуть, как на меня обрушивалась вся тяжесть бытия – говорю же, стокгольмский синдром. Тем более что трудно сказать, кому стоит ознакомиться с этим произведением. Его целевая аудитория весьма специфична и мала, поскольку оно само занимает специфическую нишу. К тому же, у него отсутствует легкость предыдущих историй, которая частенько компенсировала у них вышеупомянутые проблемы и расширяла потенциальный круг читателей. Да и захочется ли пробиваться до правды сквозь нагромождения грязи?

  В общем, Пражское кладбище оказалось непривычным для меня опытом, о котором я, вроде, и не жалею, но и всем подряд советовать тоже не могу. Все же я за то, чтобы люди оставались психически стабильными и не ловили всякие синдромы в лицо.

  20

  552