Рецензия на книгу

• 

  memory_cell31 марта 2015 г.

  В этой книге я открыла для себя секрет экономического чуда, случившегося и продолжающегося по сей день в Китае!
  Секрет – в таких вот «девушках в переводе» и юношах, в их светлых головах и немыслимой трудоспособности.
  Правда, чудо в Китае совершили другие юноши и девушки, а Ким Чанг с мамой как раз накануне этого чуда убежали из присоединяемого к Китаю Гонконга в Америку.
  Что нашли они в стране всеобщего благоденствия и великих возможностей?
  Конуру без отопления с крысами и тараканами.
  Пыльный, пышущий паром ад подпольной швейной фабрики.
  Рабский труд за копеечную зарплату для обеих.
  Метро до фабрики и обратно – 100 упакованных юбок, 59 юбок – тетрадка, двадцать тысяч юбок - никогда не купленная Ким лыжная курточка.
  Справедливости ради надо сказать, что это – не Америка, ведь в Америку они по сути так и не приехали.
  Это - Чайнатаун, в который «заботами» родни угодили мама с дочкой, и эта родня много лет делала все, чтобы они не мыслили даже выйти за его пределы и оставались рабами.
  Растерянная, слабая, повязанная традициями и воспитанием мама, не способная постоять за себя и дочку перед собственной сестрой, даже не пытающаяся выучить язык и высунуть нос хотя бы на Манхеттен...
  Все взяла на себя Ким, одиннадцатилетняя девочка, решившая бороться, вырваться и вытащить из этого ада мать.
  У нее был только один путь наверх – учиться.
  Плохо одетая, необщительная, вечно уставшая и часто замерзшая, она самоотверженно (именно так!) училась.
  Училась так здорово, что через год после приезда эта "китаеза" была принята на бесплатное обучение в одну из лучших частных школ Нью-Йорка – беспрецедентный случай.
  А через семь лет Ким получила из Йеля письмо о своем зачислении в колледж и предлагаемой стипендии.

  Спросите у тридцатилетнего врача-кардиохирурга с гарвардским дипломом Кимберли Чанг, чем заплатила она за успех и о чем жалеет сейчас…
  Или не жалеет?

  Дальше...

  
  Герои этой не книги - не первые и не единственные, кто, решившись на эмиграцию, не решается делать это независимо от родственников и соотечественников, оказавшихся там раньше них. А роственно-дружеские узы часто оказываются сетями и даже цепями.
  Мой сокурсник, уехавший в «лихие» 90-е в США через год едва унес ноги и остатки сбережений от родни из Бруклина со словами: «Для того чтобы жить в Бобруйске, не надо было ехать в Штаты!» . И начал все заново на противоположном конце Америки.

  14

  55