Забвение пахнет корицей
Кристин Хармель
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Кристин Хармель
0
(0)

Выбирая повествовать от первого лица, автор приглашает во внутренний мир интересного ему персонажа, того, которого он хотел бы продемонстрировать читателю. По крайней мере я так думаю. И с Хоуп этот внутренний мир вошел в диссонанс с той серьезной темой, которую хотела продемонстрировать автор по сюжету. Немного про Хоуп, а потом про тему. Не хочется вешать ярлыки, но Хоуп тридцать шесть лет, и она совершенно не повзрослевшая снулая рыбина, зацикленная на том, чтобы обложить свою дочь ватой. Хоуп постоянно вспоминает обиды на мать, детские, и периодически противоречит сама себе, при одинаковых сценах оправдывая бабулю и обижаясь на мать. У Хоуп огромное количество комплексов, и мне удивительно, как про нее бывший одноклассник говорит, мол, раньше ты была бойцом. Когда же, в прошлой жизни? Она постоянно перебирает события, раскапывает обидки, интерпретируя их в черном свете и добавляя «и тут у меня провал, я неудачница и в этом деле». Сначала казалось, что это депрессия после развода и потери близких, но потом стало понятно, что это ее типичное состояние. Сопереживать Хоуп не умеет, а внутренний черт постоянно твердит про неудачницу, уныло опущенные руки и жалобы на то, что никто ее не любит, потому что не за что. Все бы ладно, но вот в сочетании с дальнейшей историей получилось как-то несочетаемо. Теперь про тему. Очень серьезная и важная тема, и о ней, бесспорно, необходимо говорить и нельзя забывать. Это те действия, которые происходили на территориях, занятых немецко-фашистскими захватчиками. Это и Холокост, и попытки спасти тех, кто ему подвергался. Диссонанс же в том, что Хоуп, эта замороженная и зацикленная на себе и неудачах женщина, постоянно рыдает над каждым кусочком информации, появляющейся в истории прошлого семидесятилетней давности. И в такие ее эмоции верится с трудом, тем более, что автор забывает, что вот в прошлом эпизоде она рыдала, а в следующем уже она бодро начинает выяснение следующего кусочка. Хоуп и сопереживание, как Хоуп и настойчивость, как Хоуп и бодрость не сложились воедино. И еще интересно, почему автору было так важно, чтобы все происходило сейчас, а не, например, в восьмидесятые, когда и героям (Розе и прочим, пережившим те страшные годы) было поменьше лет и шансов на достоверность того, что они еще все жили было бы гораздо больше. А такая легкость в поисках (буквально несколько дней) тех, кому невозможно было встретиться предыдущие семьдесят лет, не прибавляет к ценности романа, хотя, повторюсь, тема важная и хорошо, что пишется и читается. А уж личные метания и молодой маскулинный сантехник превратят книгу в очень своеобразное сочетание несочетаемого.
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.