Рецензия на книгу

• 

  Ilya_Jamie23 марта 2015 г.

  Про Отца Брауна сказано много и хорошо — он давно заслужил любовь множества читателей. Поэтому я расскажу о том, о ком говорится гораздо меньше, но который заслуживает не меньшего внимания — о Хорне Фишере, главном герое сборника рассказов "Человек, который знал слишком много".

  Начну с цитаты:
  «Сэр Генри Гарленд Фишер занимал в министерстве иностранных дел какой-то пост, куда более важный, чем пост министра. Видимо, так уж повелось в семье; к примеру, второй брат, Эштон Фишер, занимал в Индии пост, пожалуй, более важный, чем пост вице-короля. Сэр Генри Фишер держался очень вежливо, но тем не менее Марчу показалось, что он смотрит сверху вниз не только на него, но и на собственного брата (Хорна Фишера). Последний, надо сказать, чутьем угадывал чужие мысли и сам завел об этом речь, когда они вышли из высокого дома на одной из фешенебельных улиц.
  - Как, разве вы не знаете, что в нашей семье я дурак? - спокойно промолвил он.
  - Должно быть, у вас очень умная семья, - с улыбкой заметил Марч.
  - Вот она, истинная любезность! - отозвался Фишер - Полезно получить литературное образование. Что ж, пожалуй, "дурак" слишком сильно сказано. Я в нашей семье банкрот, неудачник, "белая ворона".»

  Почему-то вспомнилось начало русской сказки: "У старинушки три сына: старший умный был детина; средний сын — и так, и сяк; младший вовсе был дурак." Такого мнения придерживаются все, и у них есть на то основания, пока жизнь идёт своим чередом, без особых волнений; но когда происходят события нестандартные, необычные и трудные, выясняется, что какими бы умными ни были старшие братья, именно тот, кого считали дураком, оказался самым толковым человеком во всём семействе.

  Только в русской сказке всё заканчивается хорошо: Иван женится на девушке, которую любит, получает достойное место в жизни и живут они вместе долго и счастливо. И это правильно: так и должно быть. Сказка на то и сказка, что она отвечает на первый вопрос: "Как должно быть?". Но "в нашем несовершенном мире" (как говорил Шерлок Холмс) довольно часто всё происходит не так, как должно быть, а так, как возможно в сегодняшних условиях. И тут уже встаёт второй вопрос: "А почему происходит не так, как должно быть?" На этот вопрос и стараются не столько ответить, сколько дать подсказку для решения более "взрослые" книги. Решение читатель во многом ищет сам. Затем возникает третий вопрос: "Что надо сделать, чтобы всё происходило так, как должно быть?" И на этот вопрос ищет ответ уже сам человек.

  Именно этот третий вопрос и встаёт перед читателем после прочтения сборника "Человек, который знал слишком много": "Что можно сделать? Что нужно сделать? И что могу сделать я?"

  Этот-то вопрос и решал всю жизнь младший брат в своём семействе, Хорн Фишер, "белая ворона". Родившись в обеспеченной и влиятельной семье, где все так или иначе принадлежали к правящему классу Великобритании, он стал свидетелем всего, что творилось "в верхушке общества". Поначалу это было общее представление о том, что страной управляют совсем не те люди, которые для этого пригодны, — точно такое же, как и у многих рядовых граждан; потом он узнал, как эти люди попадают в правительство и на собственном опыте убедился, что нарушить это безобразие непросто, и одного только здравого смысла для этого явно недостаточно; затем он узнал, как преступный мир может быть связан с управляющими структурами государства, и насколько тесно они могут быть переплетены.

  Всякое знание — это испытание. Знание о подлинной жизни того круга, который правит обществом, страной и государством, легло на Фишера тяжёлым грузом. От природы человек пессимистичного характера и флегматичного темперамента, но с довольно крепким внутренним стержнём и твёрдыми принципами, он не мог относиться к этому спокойно и равнодушно, как к нормальной вещи, и в то же время не видел выхода из этого веками запутанного лабиринта, основанного на извечной закономерности: чем большей власти достигает организация, тем больше непорядочных людей стремится в неё проникнуть. Несмотря на то, что Хорн Фишер прожил всю жизнь в этом окружении, он так и не начал делать то, что делали большинство окружавших его людей. Хотя и не всегда мешал им. Он не мог бросаться "в бой", не будучи уверен в результате, не умел растрачивать энергию на то, что не могло принести улучшения здесь и сейчас. Быть может, если бы на его месте был более энергичный и деятельный человек, он мог бы сделать больше. Но в любом случае положение было не из лёгких, несмотря на всю свою внешнюю благополучность.

  В семье его искренне любили, но не уважали. И то, и другое было абсолютно взаимным. В высшем обществе его не то чтобы не любили или не уважали — просто не считали авторитетом. Причина, пожалуй, была в том, что он был для них хотя и "свой", но всё-таки не совсем "свой" человек. Но тем не менее Фишеру доверяли — по той же самой причине, по которой не считали авторитетом. Ведь те, кто знал его хорошо, понимали, что из него вышел бы отличный шантажист, и знали, что он никогда им не станет. Он умел молчать. И на это были свои причины: многие тайны, доставшиеся ему, он не раскрывал потому, что это могло принести огромный вред вместо пользы; другие — потому что это не дало бы результата; некоторые преступления были настолько хорошо замаскированы, что ему просто никто бы не поверил, если бы он попробовал рассказать.

  Это не значит, что Хорну Фишеру пришлось бездействовать всю жизнь. Благодаря своему независимому мышлению, острому уму и природной интуиции он умел не только определять, когда перед ним открывается возможность сделать что-либо полезное, но и находить путь достижения поставленной цели, часто весьма нестандартный, действовать с полной самоотдачей и весьма непредсказуемо, делая то, что никто, кроме него, не сделал бы. Таких моментов в его жизни было не слишком много; но всё же нельзя было сказать, что его присутствие в политических кругах прошло напрасно.

  "Что надо делать?" Пожалуй, это и надо делать: внимательно наблюдать и думать; делать всё, что в твоих силах, когда видишь возможность что-то изменить; а когда не видишь такой возможности — хотя бы не повторять те глупости и подлости, которые делают рядом с тобой другие. Только и всего. Это кажется очень малым. Но на деле оказывается, что это очень много.

  1

  87