Рецензия на книгу

• 

  irinuca10 марта 2015 г.

  «Как хорошо написано о том, что мне совершенно не интересно», - подумала я, прочитав примерно треть книги.
  «Это какая-то Джейн Остин двадцатого века, дыа?», - сказала та часть меня, которая понимаете, не совсем я, а некто, появляющаяся исключительно в случае поторговаться на рынке, посплетничать с маникюршей, отвесить комплимент ужасному на самом деле платью коллеги.

  «Подождите, а почему все герои романа рефлексируют и вообще ничего, ничего не делают? Мэри уже который раз собралась в Америку и итальянский учить. А чо, свалит Ральф в конце концов в деревню или как? Боже, да тебе уже глубоко не двадцать, уже давно астрономом бы стала, милочка» - это была я, которая не откладывает дела в долгий ящик. В общем, мне не нравится, определенно. Но подождите, а чо это я как доярка в Эрмитаже же. Разве это вся я? Это только слепок меня для этого грубого и беспринципного мира. А как же вот эти шаткие и хрупкие словесные конструкции, эти ветреные холмы, строки истлевающих писем, прогулки в запахе луговых трав. Умственная добродетель, изящность стиля – пустой разве же звук? Нет, все же зацепила меня миссис Вульф. Решено, мне нравится.

  Но подожди, здесь же банальнейшая любовная история, все эти метания великовозрастных детей, где здесь поступки? Хороши ли стихи и пьеса, которую написал Родни? Очень обидно, шелковичные черви, почему Кассандра забросила шелковичных червей? Да это самое прекрасное место в романе. Вот та дама из юности миссис Хилбери, да она бы съела свои сапоги от зависти, вот это эксцентричность. И что в итоге? Повелась на нелепого романтичного Родни? Слушайте, ребята, у вас там колониальная система по швам трещит, а вы над дядей Фрэнсисом потешаетесь, а чай между тем индийский же пьете? Нет, совершенно не моё это произведение, я просто ведусь на образ Вирджинии Вульф, чтобы никто не заметил моего интеллектуального и эмоционального нищенства. Да и заметят, что с того? Это представление обо мне, составленное по вот этому вот смешному тексту, образ, неотделимый от собственного сознания чтеца. Все это словеса и игры, ничего общего со мной, человеком, не имеющие.

  Ох, дайте мне определиться, но ведь роман тронул что-то внутри меня, смыл повседневную мишуру, приоткрыл глубины человеческого сознания, в которых нет места напускным представлениям о мире и своем месте в нём. Как можно не заворожиться филигранной игрой ума, попыткой отделить себя от образа, найти себя настоящего, как можно не восхищаться неподкупной честностью героев романа?

  Послушай, все это прекрасно, но «жизнь большинства из нас требует проявления самых низменных свойств натуры в ущерб возвышенным и прекрасным, так что в конце концов приходится признать, что все, что когда-либо казалось нам благороднейшей и лучшей частью наших природных качеств, не так уж и важно и не приносит никакой практической пользы».

  В моем случае день сменился ночью, я лежу без сна и все не могу понять, понравился ли мне роман или это во мне говорит образ, что надо любить интеллектуальную прозу? Тронула ли меня эта история или её герои вскоре исчезнут в глубинах моей памяти?

  Цапну-ка я с полки science fiction какой-нибудь крутанский, не могу я сейчас сказать Вирджинии ни да, ни нет.

  13

  78